Медеплавильный комбинат в Алаверди – градообразующее предприятие, и его остановка с октября этого года отражается на положении почти каждого местного жителя. Пока руководство завода старается договориться с государством и инвесторами, рабочие подумывают о миграции.
В городе Алаверди еще 30 лет назад жизнь кипела. Здесь работали хлебозавод, лимонадный и пивной завод, швейная фабрика. И работал медеплавильный завод, на доходы от которого все это строилось.
«Это было тогда… А теперь поезд – это у нас вроде музейной редкости. На станцию если выйдешь, три часа надо глазеть, пока увидишь», — говорит один из городских пенсионеров.
В 1989 году Алавердский медеплавильный завод остановился. Заново его пустили в 1996 году. До самого последнего времени он работал, хотя и не на полную мощность. В октябре остановился и не функционирует до сих пор. Его владелец, группа компаний «Валлекс», ищет способы сохранить производство, а главное – людей.
Проблем набралось несколько. Во-первых, финансовые сложности на Техутском руднике, принадлежавшем тому же «Валлексу». Часть сырья, которое перерабатывали на заводе, шла как раз отсюда. Теперь рудник находится в ведении банка ВТБ. Во-вторых, природоохранные выплаты. Новое руководство природоохранной инспекции заявляет, что в прежние годы завод недоплачивал и теперь должен за все рассчитаться. В-третьих, переговоры с инвесторами из Китая, которые хотят наладить производство чистой меди.
Пока проблемы не решены, а завод, на котором трудилось более 600 человек, не работает. Руководство завода надеется решить все накопившиеся вопросы.
«Хорошо, если решат. А если нет, то придется уезжать на заработки. Не сидеть же без работы», — говорит другой работник завода.
К разговору присоединяется и его товарищ.
«Сейчас, допустим, не уедешь. В феврале-марте сезонные работы начинаются. Тогда и придется уехать. Кто где устроится», — поясняет он.
В беседе с нами имен они не называют и просят их не фотографировать.
«А то скажут еще, что мы воду мутим… Не надо нам этого. Нам работать надо», — считают они.
Через два года заводу исполнится 250 лет. Полгорода здесь – потомственные рабочие.
«Вы понимаете, в нашем городе люди совсем по-другому думают. Лучше один рубль в своем дворе, чем сто рублей в чужом. У нас никто не думает, что где-то можно заработать больше. С детства ребенок видит, как утром отец уходит на завод. И он вырастает с жизненным правилом: вот дом, вот завод», — говорит региональный директор ЗАО Armenian Copper Programme (часть группы «Валлекс») Николай Феофанов в беседе с корреспондентом Sputnik Армения.
По его словам, должен произойти какой-то форс-мажор, чтобы у местного жителя появилась идея уехать. И совсем уж дико представить, что надо ходить за пособием.
Как многие догадались по фамилии, Феофанов – грек по национальности. Уже почти триста лет греки плавят в этих краях медь. Есть в Греции известная эстрадная песня — «I doulea kani tous andres». Написана она как будто про Феофанова и его соплеменников. Припев означает — «работа делает мужчиной».
«Нас никакая хворь не берет. Мой дед до ста семи лет прожил, всю жизнь работал. Отец пятьдесят пять лет на этом заводе проработал, семерых детей имел. Я тут работаю всю жизнь», — говорит он.
Когда Союз распадался, и завод встал, греки отсюда уезжали в Грецию с чемоданом одежды, думая, что покидают Армению лишь на время. Все имущество, всю утварь дома оставляли. У них в голове не укладывалось, что завод остановится надолго. Теперь на заводе осталось всего несколько греков.
«Знаете, у нас шутка такая была: что Бог создал вначале, слово или дело? Вначале Бог создал завод», — добавляет с улыбкой Феофанов.
На улицах города – людно. В магазинах, как заверяют нас продавцы, товары в долг пока не берут. Печально известную долговую тетрадку (она же “ниссяи тетр”) здесь не приемлют. И не продавцы, а сами покупатели. Эти люди образуют предприятие, а предприятие образует город.
В 1996 году, когда завод запускали снова, два мастера в конверторном цеху (там, где из голубого штейна делают красную медь) чуть не подрались.
«Один говорит – кварца много подал, другой говорит – мало. В конверторном цеху кварц подают к штейну, чтобы от меди отделить железо. Так вот раньше они издалека на глаз могли определить, сколько кварца подали. Как определяли? По высоте брызг. А за годы, что завод стоял, глазомер стал пропадать. Одному кажется – много, другому – мало. А еще говорят, что рабочий – не творческая профессия», — рассказывает Феофанов.
А с какой точностью работают крановщики на мостовых кранах! Это надо видеть!
«50 тонн штейна кран берет, подает точно в конвертор. Из конвертора – точно в печь. Ювелирная работа», — говорит он.
Теперь главное, чтобы эти люди продолжали созидать в своем городе. Руководство завода заверяет: переговоры продолжаются.
Во избежание нового напряжения перед Новым годом, председатель группы компаний «Валлекс» Валерий Межлумян поручил отложить расторжение трудовых договоров на два месяца, до 28 февраля.
«Надеемся, что наше сотрудничество с правительством Армении продолжится в атмосфере взаимопонимания – в интересах алавердцев, лорийцев и Республики Армения», — говорится в заявлении.
Город продолжает ждать.
Арам Гарегинян, https://ru.armeniasputnik.am/
