В связи с Днем армии 28 января многие бывшие и нынешние высокопоставленные военные приняли участие в торжественном приеме. Многие из них высказали свои мнения по поводу дела 1 марта, в рамках которого расследуется вовлечение армии в политический конфликт после выборов 2008 года.
Практически, все военные, как в Армении, так и Арцахе говорят, что армия не нарушала Конституцию, занималась охраной стратегических объектов, и нет никаких фактов, свидетельствующих о том, что военные стали причиной гибели или ранений людей. И пока следственные органы не представили фактов, свидетельствующих об обратном.
Нет в Армении человека, который не осознавал бы важность раскрытия дела 1 марта и нахождения виновных. Но есть немало людей, которые имеют свое твердое убеждение по этому делу, уже назначили виновных и считают, что они достойны самого жестокого наказания.
Следственные органы также возглавляют люди, которые уверены в виновности тех или иных лиц, о чем они открыто заявляют. Следственные органы стараются отправлять виновных за решетку до суда, что вызывает у части общества "гладиаторский эффект". В древних городах устраивались "бои до смерти", обеспечивая публике зрелище, и сейчас часть общества также жаждет кровавых сцен.
Однако, у другой части общества возникают смутные сомнения: если следственные органы до сих пор не представили фактов и не направили дело в суд, может, они просто хотят продержать неугодных людей за решеткой, пока это возможно?
Дело 1 марта – важная веха в истории армянской государственности, и выявление виновных и полной цепи событий крайне важно. И в этом деле особую роль могут сыграть следственные органы, которые обязаны руководствоваться не пристрастными убеждениями, а фактами и правовыми категориями. Даже если Сасун Хачатрян искренне убежден в виновности тех или иных лиц, но у него нет достаточных фактов, дело 1 марта может возыметь эффект бумеранга и негативно сказаться на уровне доверия новой власти.
Секретарь Совета нацбезопасности Арцаха Виталий Баласанян назвал смешными обвинения в свержении конституционного строя. Мовсес Акопян говорит, что Армия обороны Арцаха не была вовлечена в события 1 марта. Сейран Оганян утверждает, что военные выполняли свои обязательства после объявления чрезвычайного положения. Юрий Хачатуров призывает ничего не бояться и верить в себя. Даже нынешний министр обороны Давид Тоноян не комментирует правовые вопросы. А Виталий Баласанян говорит, что те, кто выдвигает необоснованные обвинения, окажутся в плохом положении.
Армянскому обществу, которое все последние месяцы с надеждой выслушивало заявления следственных органов и наблюдало за тем, как обвиняемых то берут под стражу, то отпускают, пора уже обратиться к следственным органам. После опубликования прослушки глав СНБ и ССС вопросы к следственным органам возникли, и пресс-конференция Ванецяна и Хачатряна показала, что не на все вопросы у них есть ответы. Но общество решило тогда простить чиновников, занявших свои посты на революционной волне, и дать еще один шанс и вотум доверия.
Смогли ли следственные органы оправдать это доверие, или же, как утверждают эксперты, неряшливая и избирательная работа следственных органов продолжается? Используется ли предварительное следствие как инструмент политической борьбы? К примеру, арест умершего на днях в тюрьме Мгера Егиазаряна был расценен в некоторых кругах в свете его участия в предвыборной кампании в ноябре-декабре 2018 года.
Как далеко до отправки дела 1 марта в суд, и есть ли у следствия достаточно доказательств для того, чтобы обвинить руководство страны и армии в свержении конституционного строя и убийстве людей? Обвинение, предъявленное бывшему главе Следственной группы Ваагну Арутюняну в "уничтожении доказательств" – гильз и прочего, свидетельствует о том, что сейчас у следствия нет вещественных доказательств убийства людей Вооруженными силами.
После опубликования прослушки прозвучали призывы к отставке главы ССС Сасуна Хачатряна. Сейчас все ждут от него предметных и убедительных доказательств тяжких обвинений, которые предъявлены прежним властям и высокопоставленным военным.
Наира Айрумян, Lragir