16−18 февраля в Мюнхене состоится очередная конференция по безопасности. Будут обсуждаться вопросы будущего Европы, трансатлантических отношений и конфликта на Ближнем Востоке. В работе примут участие президенты и премьер-министры около 20 стран мира, около 500 политиков и экспертов, должны пройти 30 панельных дискуссий, достигнута договоренность о проведении около 2000 двусторонних встреч на различных уровнях.
В том числе могут встретиться друг с другом министр иностранных дел Армении Зограб Мнацаканян и его азербайджанский коллега Эльмар Мамедъяров. Мнацаканян ранее на совместной пресс-конференции с еврокомиссаром по вопросам расширения и политики соседства Йоханнесом Ханом говорил так: «Я буду в Мюнхене, там будет и Мамедъяров. Наши встречи в Париже и Давосе были весьма существенны. На базе этих встреч мы ведем обсуждения с посредниками. Ничего не исключено. Сроки и другие вопросы пытаемся согласовать, после этого общественность будет проинформирована». При этом, Мнацаканян отметил, что «не может ручаться» относительно очередной неофициальной встречи премьер-министра Армении Никола Пашиняна с президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, так как неизвестно, «будет премьер в Мюнхене или нет».
Мнацаканян — опытный дипломат, который знает, что сказать, когда сказать и как сказать. У него было уже несколько встреч с Мамедъяровым, с которым он вел многочасовые переговоры. Последняя такая встреча состоялась в январе этого года в Париже. Она вызвала позитивную оценку со стороны переговорщиков и посредников Минской группы ОБСЕ. Тем более что тогда же была анонсирована следующая (пятая) встреча глава МИД Азербайджана и Армении в феврале. Вот почему мы обратили внимание на фразу Мнацаканяна — «на базе этих встреч мы ведем обсуждения с посредниками». Имелись в виду сопредседатели Минской группы. Но есть сложности и, как всегда, в деталях. И вот здесь возникают трудности.
Ведь раньше мы сталкивались больше с формулировками, согласно которым именно посредники готовили встречи глав МИД Азербайджана и Армении, предлагая им какие-то проекты, дополнительные меры, направленные на снижение напряженности на линии соприкосновения или варианты решения базовых вопросов в урегулировании нагорно-карабахского конфликта, чтобы, как однажды выразился российский сопредседатель МГ ОБСЕ Игорь Попов, «помочь найти приемлемые развязки». Сейчас, по Мнацаканяну, ситуация изменилась — это уже с посредниками ведутся переговоры по повестке, сформированной в результате встреч и переговоров глав МИД Азербайджана и Армении.
Исходя из этого, следует вывод: предполагаемая встреча в Мюнхене в формате Мнацаканян — Мамедъяров если и готовится, то экспертами внешнеполитических ведомств двух стран и к этой работе Минская группа имеет опосредованное отношение или вообще не имеет. Это первый важный момент. Отметим второй. Встречи Алиев — Пашинян в Душанбе на полях саммита СНГ и в Давосе также осуществлялись без посреднических усилий МГ ОБСЕ, хотя посредники после приветствовали такой ход событий. Особенно посредников вдохновили не преданные гласности результаты парижских переговоров Мнацаканяна и Мамедъярова, когда они поддержали необходимость со стороны конфликтующих сторон «принятия конкретных мер по подготовке населения к миру». Это может восприниматься в качестве политической реальности только в одном случае: выработан проект конкретного соглашения по урегулированию нагорно-карабахского конфликта, к восприятию которого должны быть готовы граждане Азербайджана и Армении.
По логике, в результате работы двух пар, Мнацаканян — Мамедъяров и Алиев —Пашинян, должны укрепляться достигнутые позиции. Но происходит почему-то сбой, в котором часть ответственности лежит на Баку, откуда стали исходить бравурные флюиды «предстоящей победы», создающие иллюзию того, что Ереван вот-вот и подпишет на выгодных для Азербайджана условиях некое соглашение по нагорно-карабахскому конфликту. Хотя и ясно, что стороны действительно нащупали определенные компромиссные решения, о чем говорил Пашинян во время встречи с армянской общиной в Кельне, когда заявил, что «армянская сторона не станет отвечать на вопрос о готовности к компромиссам по Карабаху до тех пор, пока на этот же вопрос не ответит Азербайджан».
Получается, что загнанный в оборону премьер предложил сначала Азербайджану раскрыть карты. Однако после того, как Пашинян уточнил, что даже не обсуждает формулу «территории в обмен на мир» в карабахском урегулировании, Баку обвинил его в «срыве переговорного процесса». Более того, МИД Азербайджана объявил, что в основе активного переговорного процесса с Арменией лежит незыблемая основа: возвращение под контроль Баку районов. Однако это означает подставу Пашиняна, создание впечатление того, что он, оказывается, вел и ведет переговоры с Баку только на основе азербайджанских предложений, а не компромиссных вариантов.
Теперь армянский премьер перешел в контратаку, заявляя, что «для Армении приоритетом является обеспечение безопасности Карабаха и вовлечение его в переговорный процесс». Это новая переговорная повестка, предлагаемая Алиеву. Почему произошла такая трансформация в переговорном процессе, сказать непросто. На наш взгляд, не обошлось без вмешательства внешнего фактора. Но кто именно, почему и как сработал… Вопросы. Очевидно другое: прежние условия для дипломатических прорывов в урегулировании конфликта либо исчезают, либо сужаются. В том числе и по части «подготовки населения двух стран к миру», поскольку в этот тезис изначально был заложен серьезный методологический изъян по причине отсутствия общего знаменателя под базовыми принципами урегулирования конфликта.
А значит в дальнейшем, на наш взгляд, ситуация будет возвращаться под контроль МГ ОБСЕ. Последний опыт показал: полагать, что проблемы урегулирования такого сложного конфликта, каким является нагорно-карабахский, можно разрешить в течение пяти-шести встреч на уровне Мнацаканян — Мамедъяров или «переговоров на ходу» Алиев — Пашинян, есть политический мираж. Любое соглашение нужно тщательно готовить на уровне компетентной экспертизы, должна быть проведена серьезная информационно-просветительская и образовательная работа с целью разъяснения населению цены возможных уступок конфликтующих сторон. Только тогда возможна совместная организация по предотвращению возможного внешнего давления.
Пока такого нет, пока господствует правило «кто кого перехитрит» — ничего не получится. Потому что нагорно-карабахский конфликт уже давно не конфликт только между Арменией и Азербайджаном, даже не проблема внутренней политики для двух этих государств. Это давно уже геополитика, завязанная на турбулентность Большого Ближнего Востока. Непонимание таких базовых вещей заводило и заводит в дипломатический тупик. Вот почему если и состоится встреча Мнацаканян — Мамедъяров в Мюнхене, то им придется начинать с чистого листа.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM