"Мы как нация, как народ, сформулировать, как государство должны четко оформить, как мы представляем решение вопроса НК. И самое странное в том, что вокруг этой темы до сих пор у нас не было общественного дискурса", - заявил премьер-министр Н. Пашинян в ЕГУ 22 апреля на встрече со студентами и преподавателями. - Когда вы меня направляете на переговоры по НК, почему не говорите, что решишь вопрос так-то и так-то? Вот поэтому и начинаются разные разговоры". Цитата приводится по официозу (газета "Айкакан жаманак", почти что "Правда" соответствующих времен), чтобы избежать упреков в неточности.
ОСТАВИМ без комментария сплошь и рядом употребляемую г-ном Пашиняном весь этот год аббревиатуру НК (имеется в виду Нагорный Карабах). Очевидно, так легче вести переговоры с "образованным" лидером Азербайджана Ильхамом Алиевым, оставившим на Пашиняна неизгладимое впечатление "воспитанного" человека. О вкусах не спорят.
Но хотелось бы напомнить баловню судьбы, оказавшемуся у руля Армении, что в этой самой стране последнюю дискуссию по Карабаху начали, провели и закончили еще в феврале 1988 года. И если провинциальному иджеванскому подростку той поры недоставало информации на данную тему, то есть официальные источники, есть газеты, документы и, наконец, воля высшего коллективного органа власти Армении. Речь идет о решении Верховного совета РА от 8 июля 1992 года, где четко исключается подписание каких-либо документов, в которых Арцах обозначен частью Азербайджана. Если новоиспеченный премьер ставит себя выше тех, кто принимал решение в начале тяжелейших 90-х (кстати, под давлением оппозиции на аодовцев), то пусть так и скажет. Но помнит, что карабахский "ребус" оборачивался весьма тяжелыми последствиями для тех, кто пытался решить его без учета проблемы национальной безопасности всего армянского народа.
...РУКОВОДИТЕЛЬ государства, до сих пор не взявший в толк, в чем состоит проблема Арцаха и как ее должны решать армяне, расписывается в своем абсолютном несоответствии занимаемой должности.
Тема Арцаха глобальна для армян и архиответственна, чтобы резвиться по этому поводу и утверждать об отсутствии, так сказать, "дискурса". Тем, кто этого не понимал (Л. Тер-Петросян), жизнь популярно объяснила, что к чему. То же самое ожидает и всех остальных, независимо от занимаемого сегодня положения и иллюзий относительно незыблемости проживания на "даче ЦК" в Конде.
Там, кстати, с легкой руки Вазгена Саркисяна, проживал и столь колоритный персонаж политической действительности Третьей Республики, как натуральный костолом Мушег Сагателян. Но потом оказался в тюремной камере. Что со всеми нами случится завтра - известно лишь небесам. Хотя и снизу кое-что проглядывается.
ВОЗВРАЩАЯСЬ к решению армянского парламента от 8 июля 1992 года и тем, с позволения сказать, политикам, которые не имеют о нем представления, могу лишь посоветовать им не сотрясать зря воздух.
Кто и что бы ни шептал им на ухо или открытым текстом (вне зависимости от того, дальний это или ближний стратегический партнер Армении), стоящие сегодня у руля должны осознавать, что все в карабахском вопросе решено до них. Любой иной статус-кво (естественно, можно обсудить перспективы взаимных уступок кое-где, за исключением даже сантиметров между НКАО и Арм. ССР) устанавливать гибельно. А если кто-то не понимает, о чем вести переговоры, пусть по-хорошему отойдет в сторонку. Дискутировать тут не о чем.
Конечно, в нашей истории было много обидных потерь. Но сегодня не понимающим, что отступать некуда, лучше не путаться под ногами истории.
Александр Товмасян, "Голос Армении"