В этом году исполнилось 95 лет со дня рождения одного из самых успешных, но и самых засекреченных разведчиков — Геворка Вартаняна.
.
Откуда спец для ЦРУ
Он работал в паре со своей супругой Гоар Левоновной. Это один из немногих нелегалов, не рассекреченных западными спецслужбами. Увы, гриф секретности с большей части операций, которые в течение 45 лет проводил Анри (оперативный псевдоним Вартаняна), до сих пор не снят. И многое из совершённого дуэтом Вартанянов вряд ли когда-либо будет рассекречено. Известно лишь, что именно группа Вартаняна (а ему тогда было 19 лет!) предотвратила убийство Сталина, Рузвельта и Черчилля в 1943 г. в Тегеране, которое готовил немецкий абвер.
Фигура Вартаняна стала прототипом главного героя в фильме «Тегеран-43», которого сыграл актёр Игорь Костолевский. Но кое-что ещё о его деятельности удалось узнать писателю и историку спецслужб, подполковнику контрразведки Игорю Атаманенко, который был лично знаком с супругами.
— Первая наша встреча состоялась в начале 2000-х на кухне в квартире Вартанянов за чаем с коньяком. Я сразу же похвалил русскую, без армянского акцента, речь хозяина. Оказалось, Вартанян впитал русский с рождения, через год после переезда в Иран овладел фарси и только потом начал учить армянский. Спросил, какие ещё языки он знает. Так я надеялся выяснить, в каких странах супругам довелось работать. Капкан Вартанян обошёл играючи: «Когда известных мне шести иностранных языков не хватало, я применял „золотой ключик“ — армянский язык». Вартанян использовал армянский язык в странах, где сильна армянская диаспора. Из политической этнографии известно, что к странам, где армяне имеют вес в олигархате и власти, относятся США, Франция, Англия, Иран, Ливан, Сирия, Иордания, Аргентина, Гонконг и Сингапур...
На следующей встрече я сообщил Вартанянам, как логическим путём мне удалось вычислить, в каких странах они работали. Супруги молча переглянулись.
...Как высок был авторитет Вартаняна в среде американского истеблишмента, мне стало известно из рассказа Ю. И. Дроздова, экс-начальника Управления «С» КГБ СССР (подготовка разведчиков-нелегалов): «4 ноября 1979 г., когда иранские студенты-экстремисты захватили посольство США в Тегеране, директору ЦРУ адмиралу Тёрнеру срочно понадобился специалист по Ирану. В госдепе таковых не нашлось. Тогда его помощники предложили Вартаняна, который владел монопольным правом на поставку в США персидских ковров. Адмирал прислал за Анри свой личный самолёт.
Тёрнер проникся такой симпатией к Вартаняну, что стал приглашать его с Гоар на вечеринки, где присутствовала элита Вашингтона. Разведчики времени зря не теряли — за коктейлями устанавливали дружеские контакты, подбирая кандидатов на вербовку...»
Геворк пришёл в разведку неслучайно. В 1930 г. директор маслобойного завода в Ростове Андрей Васильевич Вартанян, заполучив каким-то неведомым (для родных!) образом иранское подданство, отправился в Иран. Никто не знал, что действовал он по заданию советской внешней разведки.
Почему отказался от дома
Первые 6 лет в иранском Тебризе Вартанян-отец жил с петлёй на шее: не раз его сажали в иранскую тюрьму, подозревая в связях с советской разведкой. Но всякий раз выпускали, так и не сумев ничего доказать. Во время его отсидок больше всех страдали дети: две девочки и двое мальчиков — и за отца боязно, и есть нечего. Помогали сотрудники тегеранской резидентуры, выступавшие под видом родственников. На встречи с ними мать брала самого шустрого из детей — Геворка. Видимо, тогда у будущего разведчика возник вкус ко всему тайному...
В 1936 г. Вартаняны перебрались в Тегеран, где глава семейства быстро преуспел на ниве коммерции. Продукция его кондитерской фабрики славилась на весь Иран, и двести тысяч армян диаспоры гордились им. Никому из его окружения и в голову не могло прийти, что он живёт ещё и второй, тайной жизнью, а дом его — «сапожная мастерская» (мастерили паспорта для разведчиков-нелегалов из Союза). Один Геворк знал, что отец работает на советскую разведку. Вскоре и его привлекли к тому же промыслу.
В начале 1942 г. нашему резиденту в Иране Ивану Агаянцу стало известно, что англичане под крышей молодёжного любительского радиоклуба открыли в Тегеране разведшколу. И Вартанян-младший получил приказ резидента: внедриться! Сказано — сделано. Геворк сразу покорил приёмную комиссию знанием языков и тем, что громогласно заявил: идёт в разведку, дабы «срубить денег». Обо всём происходящем в разведшколе Амир (псевдоним Геворка) докладывал лично Агаянцу. А вскоре у школы начались проблемы: мало кто из заброшенных в СССР выпускников вышел на связь. А те, кто вышел, были перевербованы и работали под диктовку НКВД. Англичане заволновались, ведь в предприятие они немало вложились. Но отыскать «кротов» — «информаторов Советов», внедрённых в школу, — не смогли. И учебное заведение закрыли.
«Главная проблема всех разведслужб мира — предатели, — признался мне Геворк Андреевич. — Но к провалу может привести и беспечность самого разведчика, и форс-мажор. Коварство в том, что предусмотреть это можно. А вот реально преодолеть в жизни — не всегда. В фильме „Семнадцать мгновений весны“ „пианистка“ Кэт, „чистокровная немка“, при родах вдруг обнаружила знание русского языка, что привело к провалу берлинской резидентуры, которой руководил Штирлиц... Нечто подобное случилось и с нами, вернее, с Гоар...»
Было так. Вартанянов пригласили на ужин в одно уважаемое общество. По дороге Гоар зашла в женский салон сделать укладку. Когда до ужина оставалось 10 минут, Геворк заглянул в окно и показал супруге (та сидела под колпаком) на часы: мол, пора! В ответ она как заорёт по-русски: «Жора, я уже иду!» Разведчика бросило в холодный пот, хорошо, никто ничего не слышал — все были под колпаками, а мастера чаёвничали в подсобке.
На следующий день Геворк принял радиограмму в одну строчку и похолодел. Такие Центр обычно посылал в случае провала. С трудом взял себя в руки, принялся за расшифровку. А там... «Полковника Вартаняна Г. А. поздравляем с присвоением звания Героя СССР».
Первое своё звание капитана Геворк Вартанян получил только в 44 года. Андропов, недавно назначенный начальником КГБ, узнал, что один из лучших разведчиков-нелегалов не аттестован и вообще не имеет званий. Через месяц положение исправили. У Гоар даже домашняя шутка появилась: «Мой муж — карьерист, ему всего лишь сорок четыре, а он уже капитан!» А через 7 лет благодаря тому же Андропову Вартанян получил уже полковника.
Кстати, зарабатывая миллионы долларов на торговле персидскими коврами во время холодной войны, Вартанян исправно отчислял немалые суммы в валюте в партийную казну. Так же поступал и его бизнесмен-отец, передавший во время войны крупную сумму на постройку танка. А вот вернувшись в Союз, Вартаняны богачами не стали. Да, имели офицерскую пенсию чекистов, получили двухкомнатную квартиру в Москве — и... всё.
«Когда в начале 50-х мы приехали из Тегерана в Ереван, — вспоминал Геворк Андреевич, — нам хотели дать квартиру, но отец отказался. Сказал, что мы люди обеспеченные, обустроимся сами. Купили в Ростове двухэтажный дом. Но когда мы с женой вернулись в СССР, в доме жили уже 12 семей — более сорока человек. У меня не поднялась рука написать заявление на их выселение, чтобы вернуть свой дом. Да и вообще богат не тот, у кого много, а тот, кому хватает. Нам с Гоар хватает...»
...Прожив 88 лет, Геворк Андреевич тихо скончался в московской клинике 10 января 2012 г.
Юлия Борта, http://www.aif.ru/