2 мая генпрокурор Артур Давтян ответил на вопросы журналистов о предстоящем процессе по событиям 1 марта 2008 года. Он, в частности, не уточнил, будет ли сам защищать обвинение в суде, отверг наличие в стране политических заключенных, заметил, что следствие располагает новыми данными по 10 жертвам событий 1-2 марта, но их пока недостаточно для обвинения. Последнее звучит странно, что и говорить.
"ЭТО БУДЕТ беспрецедентный суд - три президента в разных статусах, государственные и политические деятели. Общество увидит и само даст оценку", - пообещал генпрокурор. Вот, в сущности, вся суть сказанного А. Давтяном. Но на самом деле ответы генпрокурора обернулись еще большим количеством вопросов. Не каждый генпрокурор способен на такое...
В его заявлениях, без преувеличения, потрясает фраза о "беспрецедентном процессе с участием трех президентов". Этот анонс в устах юриста выглядит по меньшей мере нелепо. Прежде всего потому, что А. Давтян изначально обозначил разные статусы трех первых лиц. С какой стати?
Ведь для многих совершенно непонятно, почему президент, организовавший 10-дневные противозаконные массовые акции на Театральной площади, проходит по делу "1 марта" свидетелем, а президент, который был обязан по Конституции защитить закон и порядок, тем самым пресечь массовые беспорядки, оказался вдруг узурпатором конституционного строя. Театр абсурда - и только.
РАЗГОВОРЫ разговорами, дорогой наш генпрокурор, но в чем состоит суть утвержденного вашим ведомством и уже поступившего в суд обвинения? Ведь его, похоже, и нет. Во всяком случае, согласно адвокатам Роберта Кочаряна, его просто не существует, как и не существовало в 2008 году в Уголовном кодексе РА статьи 300.1, карающей за свержение конституционного строя. Мы не раз напоминали, что именно по этой причине семерке организаторов массовых беспорядков 1-2 марта в свое время ее не вменили, логично указав, что закон обратной силы не имеет. Тогда свое постановление шестеро прокуроров-обвинителей обосновали тем, что принятая в 2009 году статья (300.1) утяжеляет ответственность лица в сравнении со статьей 300, которая действовала на момент мартовских событий 2008 года.
Но с Робертом Кочаряном произошло с точностью до наоборот. Можно сказать, случился правовой переворот внутри самой Генпрокуратуры. А наш генпрокурор, успевший заработать репутацию профессионального юриста, раз за разом высказываясь по делу "1 марта", выдает неадекватные, противоречивые оценки, которые указывают не на наличие правового процесса, а на конкретный политический заказ, вендетту, к которой привлечены юристы страны, возглавляющие правоохранительные структуры и готовые усердствовать во всем, лишь бы угодить новым властям.
Вот и А. Давтян 17 апреля даже умудрился заявить, что пришедшая на смену уголовной статье 300 статья 300.1 УК РА вовсе не ужесточена по сравнению со своей предшественницей. Своим "новаторским" подходом генпрокурор изменил правовые оценки, данные Генпрокуратурой в 2009 году, и, соответственно, поставил под сомнение решение своего же ведомства по делу семерых оппозиционеров. В другой ситуации это вызвало бы как минимум недоумение, но сейчас все понятно без комментариев.
ВПЕЧАТЛЕНИЕ еще более усугубляется, когда речь заходит об обвинении, предъявленном Р. Кочаряну. Кроме пресловутого "свержения конституционного строя" он обвиняется еще и в получении взятки в особо крупных размерах, хотя предпринимательница Сильва Амбарцумян, первоначально заявившая о взятке, позже сама же опровергла факт какой-либо сделки с Кочаряном и объяснила, что ко всему этому второй президент не имеет отношения. Более того, эта часть обвинения уже рассыпалась в суде, когда судьи двух инстанций не усмотрели обоснованного подозрения по линии взятки при рассмотрении меры пресечения Р. Кочаряну.
Так в чем же состоит обвинение в количестве 80 томов и с чем следствие пришло в суд? Вопрос, понятно, риторический. А на самом деле уже очевидно, что в суд следствие пришло с пустыми руками. И весьма интересно, что со всем этим будет делать председательствующий судья? Вспомнит хит Сасуна Хачатряна про послушного "Грачика-Вачика" и станет поддакивать обвинению? Хотя не станем давать предварительных оценок: назначенный вершить процесс по "1 марта" Вардан Григорян, по всей видимости, примет самоотвод, так что дождемся, что за этим последует.
Но во всем происходящем кроме политического преследования трудно не заметить желания полностью переиграть, переставить с ног на голову события 1-2 марта 2008 года. По этим событиям, кстати, есть вошедшие в законную силу судебные приговоры, квалифицировавшие произошедшее как массовые беспорядки, организаторы которых понесли соответствующее наказание. Впрочем, "по полной" никто не отсидел ввиду амнистии.
Теперь, выходит, главной целью становится переписать историю? Но как это сделать с правовой точки зрения? Оказывается, легко: надо все зачеркнуть и начать по новой, напрочь забыв про материалы прошлых судебных процессов, свидетельства многочисленных очевидцев и не вызывающие сомнений в объективности приговоры, вынесенные организаторам массовых беспорядков.
Генпрокурор утверждает, что "общество увидит и даст оценки". Но оценки даны давно. Все остальное - от лукавого.
Лана Мшецян, "Голос Армении"