Общеизвестно, что Ильхам Алиев не имеет привычки смещать с должностей, назначать на должности или рокировать ключевых лиц своего режима и делает это лишь в самых исключительных случаях. Также президент Азербайджана более доверяет и опирается на старожилов режима, которые были назначены на ключевые должности еще при его отце, а, следовательно, прошли гейдаровские «фильтры» и гейдаровскую «школу».
Любые перестановки в азербайджанской власти – явление редкостное и заведомо предполагает экстраординарность ситуации, особенно, если не наблюдаются вышеупомянутые исключительные случаи со смертью, изменой режиму и выбывания по состоянию здоровья. А если перестановки осуществляются разом в отношении нескольких высших лиц, то и вовсе такое в Азербайджане можно считать прецедентом небывалым.
Именно так и случилось 20 июня, когда президент Алиев подписал ряд указов, касательно перестановок в высших эшелонах власти, а именно, в силовом блоке. Так, был освобожден с должности министр внутренних дел, генерал-полковник Рамиль Усубов. Другим указом на должность министра МВД был назначен Вилаят Эйвазов, который до этого занимал должность первого заместителя министра в том же ведомстве. Следующим указом президент Алиев назначил Рамиля Усубова секретарем Совета безопасности при президенте. Далее, в тот же день с поста директора СГБ был смещен генерал-полковник Мадат Гулиев. Следующим указом стало его назначение на должность министра оборонной промышленности. Вместо Гулиева на пост шефа службы национальной безопасности Алиев назначил Али Нагиева, до того занимавшего должность заместителя начальника Главного управления по борьбе с коррупцией при генпрокуратуре Азербайджана. Что касается смещенных фигур Усубова и Мадатова, то надо заметить, что Алиев их не «выкинул» из власти, хотя новыми назначениями на практике понизил их в весе. Однако, похоже, в Азербайджане действительно что-то происходит, коль скоро Алиев отстраняет от руководящих постов главных «охранных» ведомств своей власти, отличившихся верностью в прошлом таких значимых фигур, как Усубов и Гулиев.
Оппозиционные силы склонны считать, что такой внезапный ход Алиева связан с ожиданием неких событий в ближайшем будущем. К примеру, Сульхаддин Акпер считает, что Алиев боится и таким образом хочет укрепить свою власть: «Вперед продвигаются проверенные и надежные кадры, сторонники жесткой линии». Каких именно событий остерегается Алиев, Сульхаддин Акпер не уточнил, ровно как не объяснил, почему Усубов и Гулиев, на протяжении десятилетий рьяно служившие режиму, более не соответствуют критериям «проверенных и надежных кадров, сторонников жесткой линии». Однако к словам Акпера следует отнестись более чем серьезно, поскольку в прошлом этот человек занимал высокие должности в силовых структурах и даже дослужился до заместителя министра национальной безопасности. Вряд ли человек, имеющий колоссальный опыт работы в Азербайджанских спецслужбах, не имеет представления о том, когда и в каких случаях осуществляются столь масштабные и беспрецедентные перестановки в силовом блоке. Но можно только гадать о том, что имел в виду Сульхаддин Акпер. Возможно Алиеву мерещится переворот, или он нервничает в ожидании вспышек народного бунта и беспорядков подобно тбилисским. А может быть, он остерегается американо-иранского военного столкновения, которое способно взорвать регион и перекинуть дестабилизацию на Закавказье и, в частности, в Азербайджан. Или быть может все эти и другие факторы в его опасениях сложены вместе.
Кстати, опять же о «проверенных и надежных кадрах», которых Алиев отныне выдвинул на первые позиции «охранных меченосцев» своего клана. О генерал-лейтенанте полиции Вилаяте Эйвазове, утвержденном в должности министра МВД, сказать что-либо особенного не приходится, разве что за исключением его принадлежности к так называемому «нахчиванскому» клану. Эйвазов родом из Джульфинского района Нахиджевана и во многом в силу своего «счастливого» происхождения имел при Алиевых стремительный карьерный рост. Поговаривают, что его непосредственной крышей во власти является сам всесильный Рамиз Мехтиев, номинальный глава президентского аппарата, а на деле - единственный человек в Азербайджане, обладающий правом наставлять Ильхама Алиева и направлять его действия в нужное себе русло.
Али Нагиев же - фигура более одиозная и любопытная. И хотя уже на следующий день после назначения, то есть вечером 21 июня данные о биографии Нагиева были аккуратно удалены из сети, все же кое-какие пикантные сведения о нем у нас имеются. И надо ли говорить, что в Азербайджане великолепно осведомлены о бурной деятельности этой персоны? Дело в том, что Нагиев заработал имидж классического азербайджанского чиновника, приставленного законом блюсти порядок и самим же его нарушающего. В прошлом Нагиев дослужился аж до поста заместителя министра МНБ и со своим бывшим шефом Эльдаром Махмудовым спокойно и аккуратно заколачивал на рэкете миллионы. Затем между министром и замом произошел жесткий конфликт (вероятно, на почве очередного дележа навара) и Нагиеву пришлось распрощаться с должностью. И надо сказать, в этом ему крупно повезло, поскольку Махмудов вскоре впал в немилость и Нагиеву не пришлось с бывшим шефом и другими генералами МНБ делить участь опальных чекистов. Вскоре после низвержения Махмудова Али Нагиев был назначен на должность заместителя начальника Главного управления по борьбе с коррупцией при генпрокуратуре Азербайджана. И следует заметить, что эта новость неслыханно удивила азербайджанскую общественность, поскольку по идее Нагиев должен был начать борьбу с коррупцией у себя в семье. Ведь к тому времени всем в Азербайджане было известно, что семья Нагиевых – он сам, его брат, а также сын, которые, кстати, тоже являются высокопоставленными чиновниками, обладают колоссальным состоянием, вложенным в разного рода активы за рубежом. В частности, Нагиевым принадлежат несколько фирм на Британских Виргинских Островах, а также недвижимость и предприятия в Турции и Чехии. Любопытно, что когда сотрудник OCCRP (Проект по расследованию коррупции и организованной преступности) однажды попытался уточнить у Нагиева, каким образом тот сколотил такое огромное состояние, то услышал в ответ фразу: «Это домыслы завистливых людей». Однако сразу же после этого с сотрудником OCCRP связался некий журналист и попросил о встрече, дабы обсудить условия, на которых материалы расследований о коррупционной деятельности Нагиева могли бы миновать прессу. Вероятно, именно такая «чистая» биография способствовала тому, чтобы Нагиев занял должность второго главного борца с коррупцией в республике. И согласно официальной версии, на этой должности он настолько рьяно боролся с коррупционерами всех мастей, что в глазах президента заслужил право возглавить ключевое ведомство, отвечающее за безопасность государства.
А если серьезно, то очевидно, что новые назначения Алиева не имеют ничего общего с «прогрессивными» реформами, о чем невнятно и туманно мямлит провластная бакинская пресса. Ведь, определенно, новые, относительно молодые назначенцы действуют и осуществляют свой карьерный рост в стиле предыдущих, в полной гармонии и созвучии с двадцатипятилетним укладом властвующего режима. А значит, Алиевым движет не стремление привести во властную элиту свежие, не ангажированные, «непорочные» кадры, а людей с более цепкой хваткой, чем предыдущие, людей, всем своим существованием и ростом обязанных алиевскому режиму, людей, способных в кураже от резкого карьерного взлета, не задумываясь, оголить мечи в защиту трона их благодетеля.
Следовательно, трону что-то и кто-то серьезно угрожает.
Раффи Самвелян, Новости Армении - NEWS.am