Экономика - наука не точная, а экономические прогнозы сродни гаданиям на кофейной гуще. За многолетнюю деятельность экономического обозревателя в этом приходилось убеждаться не раз и не два. А на днях пришлось убедиться в этом в очередной раз, когда правительство Армении одобрило внесение изменений и дополнений в законы "Об уголовном судопроизводстве" и "О банковской тайне", предусматривающих раскрытие в определенных случаях информации, содержащей банковскую тайну.
СУТЬ поправок в том, чтобы снять ограничения по числу субъектов (до сих пор - либо подозреваемые, либо обвиняемые), в отношении которых правоохранительные органы могут получать содержащую банковскую тайну информацию, и кроме банковских счетов подозреваемого или обвиняемого могут предоставляться сведения о других счетах, имеющих возможное отношение к преступлению.
А теперь сравним официальное сообщение по этому поводу Центрального банка и оценки последствий решения со стороны Союза банков Армении (СБА) и некоторых экспертов. "Институт банковской тайны был и остается одним из столпов финансовой стабильности, а предусмотренное регулирование не является смягчением действующего. ЦБ твердо полностью сохраняет институт банковской тайны, а также привержен делу обеспечения финансовой стабильности в стране" - отмечается в заявлении финансового мегарегулятора. Короче, "спите спокойно".
Ожидаема и реакция СБА. В разговоре корреспондента "ГА" с исполнительным директором Союза банков Армении Сейраном Саргсяном последний заверил, что изменения в законах не ослабляют режим банковской тайны и не облегчают доступ к ней.
"Закон о банковской тайне продолжит действовать со всей силой, поэтому граждане не должны беспокоиться", - сказал С.Саргсян, мотивируя свое мнение тем, что вводятся механизмы гарантий и условия для получения информации, содержащей банковскую тайну. Доступ к ней, как и прежде, может быть получен только по решению суда, причем решению обоснованному и только в рамках уголовного дела. Проще говоря, банковскую тайну лица, не являющегося ни подозреваемым, ни обвиняемым по уголовному делу, можно будет узнать только в случае, если из ходатайства генпрокурора или его заместителя или из решения суда будет вытекать прямая аффилированность третьего лица с обвиняемым/подозреваемым, а информация, содержащая банковскую тайну, необходима для выяснения обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, и других разумных вариантов ее получения не существует. Словом, "в Багдаде все спокойно".
А теперь сравним эти убаюкивающие оценки с мнением экс-премьера Гранта Багратяна. "Даже во времена Сталина такого не было. Речь не идет о подозреваемых или обвиняемых, речь о любом человеке, которого следователь или суд могут посчитать имеющим то или иное отношение с ними. Но мы все имеем соседей, родственников: понимаете, что происходит? Это конец, это уже означает конец демократической Армении. В реальности вместо независимости судов мы получаем карательный исполнительный орган, получаем КГБ", - считает он.
Другие эксперты также усматривают в намерениях правительства некий тоталитарный заговор против граждан либо как минимум отсутствие ясного понимания негативных последствий подобного шага. Среди очевидных рисков называются отток вкладов из банков и в целом активов из страны, рост числа теневых сделок посредством наличных и, наконец, усугубляющийся пессимизм в отношении притока инвестиций - внешних и внутренних, прямых и портфельных.
КРОМЕ ТОГО, если даже посчитать гарантии исключения утечки информации, содержащей банковскую тайну, достаточными, то практика, как известно, гораздо богаче на неожиданные прецеденты. На это обращает внимание защитник прав человека Арман Татоян: "Во всех странах предупреждают, что это соблазнительно для правоохранительных органов. Если прослушиваются телефонные разговоры гражданина А, механически прослушиваются также те, с кем он говорит, но если из них начинает представлять интерес Б, то для его прослушки снова должна быть (получена) санкция суда". А депутат от фракции "Мой шаг" Овик Агазарян предлагает, чтобы представители правоохранительных органов подписывались под тем, что они не сделают личные данные человека достоянием общественности.
И наконец, невозможно не усмотреть в новациях исполнительной власти прямую связь с топчущимися на месте коррупционными расследованиями, а также с законопроектом "О конфискации незаконно нажитого имущества". Так, первый замминистра юстиции Рафик Григорян на заседании правительства заявил в связи с необходимостью внесения изменений в указанные законы: "Подобный (прежний) подход препятствует расследованию дел, связанных с коррупционными рисками, поскольку расследование коррупции может быть связано не только с этими лицами, но и с взаимосвязанными с ними людьми, а в некоторых случаях доказательства, которые необходимы для привлечения человека в качестве обвиняемого, недоступны следствию из-за банковской тайны".
Таким образом, правительство вводит в обращение новый "революционный" и достаточно грубый инструмент давления на граждан. Вводит, как обычно, не просчитав и не взвесив всех возможных последствий этого шага для всей финансово-банковской системы страны.
Ашот Арамян, "Голос Армении"