Воссоединение Крыма с Россией, присутствие российской армии в Сирии, подписание конвенции о статусе Каспийского моря открывают возможности для формирования новой структуры сотрудничества в Закавказье. Все должны сыграть определенную историческую роль в становлении нового геополитического порядка в регионе.
.
Когда бывший президент Грузии Михаил Саакашвили заявляет, что «президент России Владимир Путин решил к 2024 году, к будущим его выборам, восстановить Советский Союз и планирует присоединить Грузию, Армению, Молдавию, Белоруссию, основную часть Украины, кроме западной» и «это его план», удивляться не приходится.
Саакашвили, возглавлявший Грузию на протяжении двух президентских сроков, развязал в августе 2008 года войну. Он утерял контроль над Абхазией и Южной Осетией, нанес пожизненную морально-психологическую и историческую травму национальному самосознанию грузин. Теперь очевидно, что он плохо или вообще не разбирался в политике России в регионе. Как пишет немецкая газете Kölner Stadt-Anzeiger, Саакашвили «кардинально ошибся, рассчитывая, с одной стороны, на немедленную военную помощь США, с другой, на неспособность России на какие-либо решительные действия». «Лидер «революции роз» сделал слишком высокие ставки, и его проигрыш поэтому был очень большим, — уточняет немецкая газета Die Welt. — Шансы его страны на то, чтобы однажды действительно стать частью западной системы, на глазах превратились в груду развалин». Хотя и без Саакашвили грузинские власти продолжают следовать заданным курсом, следуя в фарватере западной политики, предлагая страну в качестве плацдарма для размещения американских или натовских баз для антироссийских или антииранских действий.
Парадокс: встречу в рамках 74-й сессии Генассамблеи ООН между министром иностранных дел России Сергеем Лавровым и его коллегой Давидом Залкалиани официальный Тбилиси объясняет «призывом и настоятельной просьбой западных партнеров». В свою очередь Саакашвили «уточняет», что речь идет «о сговоре против грузинской государственности», о «стремлении России добиться нейтрального статуса Грузии», чтобы «она никогда не вошла в НАТО и Евросоюз». Более того, становится все более очевидным и то, что Западу уже не нужно, чтобы Тбилиси следовал в его фарватере даже без официального принятия в вожделенные ряды этих структур. Понаобещали с три короба, а теперь бросают. И именно в этом Саакашвили усматривает признаки «заговора», почему-то приписывая его российской стороне. Между тем, как пишет западное издание The Financial Times, «Грузии сейчас предлагают сосредоточиться на строительстве демократии и внутренних реформах, а вопрос о статусе Абхазии и Южной Осетии отложить на потом».
Но интрига не исчерпывается только этим. За событиями в Тбилиси и вокруг него внимательно наблюдают в соседней Армении, которая с приходом к власти Николы Пашиняна позиционирует себя в качестве страны, «принявшей демократическую эстафету от Грузии» в регионе. В этой связи некоторые близкие к правительству информационные порталы утверждают, что Тбилиси «спешит в НАТО» потому, что якобы существует «российско-азербайджано-турецкий план взять Грузию в тиски». Заметны несколько аспектов. Армения выводит себя из контекста стратегического партнерства с Россией в сфере региональной политики, хотя раньше она рассматривала себя в качестве ее одного из активных участников. Даже несмотря на то, что на ее территории находится российская военная база, а на расстоянии каких-то 200−250 километров южнее, в Сирии, присутствуют Вооруженные силы России. Напомним и то, что еще недавно Пашинян призывал Турцию «восстановить отношения без всяких предусловий». Сейчас, выступая на 74-й сессии Генассамблеи ООН, он назвал Турцию страной, представляющей «серьезную угрозу безопасности Армении и армянского народа», а Россию, состоящей с Турцией в альянсе на сирийском направлении — «ключевым стратегическим союзником Армении», открыто намекая на аномальное и даже подозрительное воспринятие такой ситуации. Не случайно в армянских СМИ появляются материалы, в которых содержатся предположения о «новой возможности разрешения армянского вопроса исключительно между Баку, Анкарой и Москвой».
Что же касается Грузии, с которой, по словам Пашиняна, «Армения хочет сохранять хорошие отношения», то и она находится в альянсе с Баку и Анкарой. Кстати, на днях в Тбилиси должна состояться очередная, восьмая по счету встреча между министрами иностранных дел Грузии, Азербайджана и Турции. И здесь Тбилиси оказывается в уникальном положении, так как Баку и Анкара выступают в роли стратегических партнеров России, проводя по ходу переоценку геополитических ценностей. Идет игра, очень большая игра, которую почувствовал Саакашвили, но неверно ее диагностирует, как и приближенные к Пашиняну армянские журналисты. Они еще не осознали того, что Запад стал подвергать ревизии свою прежнюю политику на постсоветском пространстве, а в Закавказье рисует другую картину, которая также будет втягивать страны региона в водоворот бурных событий. И такой подход не лишен смысла, если оценивать ситуацию с исторической точки зрения, когда Россия наконец-то стала выстраивать более цельную политику в Закавказье.
Воссоединение Крыма с Россией, присутствие российской армии в Сирии, подписание конвенции о статусе Каспийского моря, фактический ее контроль над Черноморско-Каспийским регионом открывает возможности для формирования новой структуры сотрудничества в Закавказье. Успеет ли Армения перестроиться в нужном направлении? Грузия вступила в этот процесс, а Азербайджан давно работает. Все должны сыграть определенную историческую роль в становлении нового геополитического порядка в регионе.
Станислав Тарасов, ИА REGNUM