Суд удовлетворил ходатайство следователя, утверждённое надзорным прокурором и избрал в отношении журналиста Нарека Мутафяна и оператора Саркиса Оганджаняна меру пресечения в виде заключения под стражу.
Согласитесь – новость вообще то отвратительная. В особенности, когда слышишь про это на кладбище города Фресно, стоя рядом с могилой Согомона Тейлеряна.
Герой моего детства в 1921 г. публично в Берлине лишил жизни Талаата за неисполнение (попрание) в ОИ (Османской Империи) конституционных норм, гарантирующих не избирательную защиту безопасности мирной жизни (геноцид) граждан-армян этого государства.
И Суд Германии, страны, где соблюдают законы неукоснительно, в расстрельном поступке уважаемого Тейлеряна не нашёл даже состава преступления, квалифицируемого в качестве посягательства на честь и достоинство Талаата.
Если не изменяет мне память кажется Армения является членом СЕ (Совета Европы), ПАСЕ (Парламентской Ассамблеи Совета Европы), ЕСПЧ (Европейского Суда по Правам Человека), а также… Могу перечислять, но не вижу смысла.
Больше того. Армения, как государство, имеет право выражать свои представления о справедливости и о соблюдении закона с трибуны Организации Объединенных Наций (ООН).
Также, не удивляйтесь, но в Армении есть Следственный орган, Полиция, Министерство юстиции и… и, конечно же, фишка европейского правособлюдения в лице парламентского Омбудсмена.
Т.е. то должностное лицо, которое владеет функциями контроля за соблюдением справедливости в области защиты интересов граждан от вседозволенности (беззакония) исполнительной власти.
И все они, ну эти присягнувшие на верность закону… , получают зарплату из казначейских государства, т.е. из налоговых отчислений законопослушного гражданина.
Однако, несмотря на все перечисленные институции, Армения в мире закона - обыкновенная чёрная дыра.
Сомневаетесь? Тогда послушайте…
Буквально на днях Конституционный Суд РА принял правообязательный к исполнению Акт на основании заинтересованного заявителя в лице второго президента Армении Роберта Кочаряна.
Но Суд общей юрисдикции (судья Анна Данибекян) взял и не исполнил решение высокого Суда.
Нонсенс? Да, но не в Армении!
Почему? Причины могут быть разные.
Возможно не с той ноги в тот день встала.
А тут ещё этот назойливо повелительный окрик: “про судей, что скулят под забором”. Скулят и не дают вздремнуть обременённому заботами премьеру.
Ну как в этих условиях исполнять предписанное служебным положением? А никак.
Просто прикинуться…, как до тебя, и принять постановление утверждающее, что Акт высокого Суда к уголовному преследованию Роберта Кочаряна не относится.
Ну а совесть? А что совесть? Совесть – не деньги. На нее билет в Майами не купишь и на Гавайских островах не отдохнёшь.
Тем более, что в Армении вот уже больше года вербальное исполнение законов наказуемо. Фамилии Александра Азаряна и Давида Григоряна уже стали нарицательными.
Для власти они изгои. Для людей честных и принципиальных они - герои.
А героев, живых героев большинство армян не любит. У них в моде наклонённые и живущие по принципу: “Ты начальник – я дурак, я начальник – ты дурак”.
Держат нос по ветру, и как увидят отмашку начальства так возьмут и в угоду все того же начальства беспричинно откроют уголовное дело. К примеру, против Нарека Мутафяна и Саркиса Оганджаняна.
Чтобы читатель убедился в беспристрастности настоящих рассуждений, просто процитируем самое важное из вменяемого им пункта 1 Статьи 332 УК РА. А именно, что преступлением считается “… воспрепятствование работе Суда любыми возможными методами”. Заметьте, Суда. Т.е. действия осмысленно срывающие запротоколированное судебное заседание в присутствии судьи, судебного секретаря, обвиняемого и прокурора.
Но ведь словесный контакт между Мутафяном и гражданкой Данибекян при свидетеле Оганджаняне произошёл не в здании Суда во время объявленного судебного процесса (и этот факт засвидетельствован на видеозаписи), а на улице, где Данибекян Анна во вне рабочее время дефилировала исключительно в качестве прохожей. Так что состава преступления по вменяемому классификатору, даже при очень большом желании, найти невозможно.
Вот если бы молодой человек во время судебного заседания выкриком из зала без разрешения судьи спросил бы у Данибекян то же самое, что на улице, а именно, что заявление премьера на счёт скулящих под забором судьей относится к вам? То тогда это возможно было бы при большом воображении квалифицировать в качестве воспрепятствования работе Суда.
Но он обратился к ней поздно вечером на улице. А на улице бывают прохожие, а не судьи и тем более не проходит заседание Суда. Так что никакого неуважения к судье и соответственно воспрепятствования Суду не было. И потому данное уголовное производство прежде всего нужно рассматривать в качестве инструмента устрашения в политическом процессе против второго президента РА Роберта Кочаряна. А Нарека Мутафяна и Саркиса Оганджаняна в качестве политических заключённых.
Владимир Саркисян, политический обозреватель, руководитель Центра политического программирования
https://ru.168.am/