«Наше общество оказалось в состоянии полного хаоса», — констатирует в интервью «Голосу Армении» психолог Карине Налчаджян.
.
— Что происходит сегодня в армянском обществе и что происходит с армянским обществом, какие процессы, настроения доминируют?
— Уже более полутора лет в обществе, общественных настроениях наблюдается турбулентность. Причем постоянно подкидываются новые поводы, стимулы для того, чтобы трясло все сильнее и сильнее. Каждый день люди просыпаются — и им преподносят новый стимул, в негативном восприятии этого слова. Оставим фактор революционной эйфории, часть общества уже вышла из этого состояния, вступив в стадию ожидания. Конечно, наиболее эмоциональные из наших сограждан, особенно те, кто принимал активное участие в «бархатной революции», ждали быстрых перемен: сейчас всех воров, казнокрадов, коррупционеров накажут, деньги у них отберут и раздадут народу, а Армения превратится в рай. Но вдруг оказалось, что этого не только не происходит, но происходит нечто непонятное и странное.
Определенное разочарование наступило уже на стадии формирования нового правительства, потом каждое выступление Пашиняна стало заключать что-нибудь обидное для людей. Потом новая власть и вовсе дошла до того, что начала называть народ собирательным «погосы». Это оскорбительные мессиджи. И на этом фоне люди уже вступили в фазу формирования своих общественных позиций, пытаясь понять — кто пришел к власти, чего ждать от новых руководителей? Сегодня мы говорим о расколе в обществе, и он действительно есть, причем произошел раскол по команде сверху. «Черные» и «белые» — ведь это разделение инициировала власть. И я вижу в этом умысел: разделяй и властвуй. Культура общественной дискуссии, подачи информации просто обнулилась, и подобная модель общения между людьми опять же была внедрена с подачи постреволюционных властей. В какой-то, очень короткий момент стало спокойнее, даже в соцсетях оскорблений, проклятий звучало меньше.
— С чем вы это связываете?
— С тем, что власть начала поднимать темы, далекие от актуальных ожиданий наших сограждан, скажем, тему однополых отношений или легализации марихуаны. Многие, даже ярые сторонники Пашиняна и его команды увидели, что их ожидания не оправдываются, и волна оскорблений в адрес тех, кто изначально задавал вопросы, пытался подвергнуть анализу происходящее, несколько спала. Но все это продлилось очень недолго, потому в общество была впрыснута новая доза, касающаяся темы «Армения — Арцах». И здесь мы внезапно увидели, как поистине катастрофическими темпами происходят повальная дискредитация, разрушение шкалы ценностей. Мы увидели, как люди, которые никак пока не послужили своей стране, оскорбляют, дискредитируют тех, кто день и ночь защищал границу, ценой жизни защищал Родину. Это моральная регрессия, и она опасна.
— Новые «стимулы», позволяющие держать общество в напряжении, включая тему Арцаха, подбрасываются, вы считаете, целенаправленно?
— Я вижу целенаправленность, более того, я видела ее изначально. Действуют законы управляемого хаоса. А для того, чтобы хаосом управлять, нужно постоянно вбрасывать новые фишки, ибо любое явление, в конце концов, тяготеет к адаптации. И как будто делается все, чтобы не позволить адаптационным процессам играть свою роль. Каждый раз — новая тема, притом острая, затрагивающая сердца и эмоции граждан. И вновь — волна противостояния, вновь — оскорбления и раскол. Между тем, если мы хотим понять, что сегодня происходит в Армении, понять логику происходящих внутренних процессов, мы должны исходить из той предпосылки, что Армения вовлечена в очень серьезную психологическую войну. Внутренний раскол по теме «Армения — Арцах» — такое было в определенный момент в 90-х, а потом все сгладилось, вернулось на круги своя. Мы все были единодушны в вопросе Арцаха. Можно было не любить тех или иных политиков, относиться негативно к тем или персоналиям или явлениям, но все считали, что Арцах — это святое.
— А то, что происходит сегодня, — ведь это процессы, разрушительные как для Армении, так и для Арцаха…
— Совершенно с вами согласна. Это очень тяжелое разделение, которое для нас уже имеет экзистенциальное значение в контексте существования двух армянских государств. К сожалению, часть общества более внушаема, легче поддается манипуляциям, на ура «заглатывает» наживку и эмоционально реагирует, оскорбляя тех, кто имеет противоположное мнение. И мы видим, как родные, близкие люди, друзья, родственники выходят друг против друга. Сегодня, в частности, на фоне темы Арцаха и того произвола, который демонстрирует власть по отношению к судебной системе, наше общество оказалось в состоянии полного хаоса. И это все что нужно, чтобы управлять страной извне. Интересный нюанс: с одной стороны, люди хотят видеть хоть какие-то позитивные перемены , и какие-то популистские шаги действительно делаются. Что дает основание сторонникам Пашиняна говорить: вот видите, власть делает то-то и то-то, здесь дешевые авиабилеты, там ремонтируются дороги… Да, что-то делается, но, если бы и этого не делалось, тогда люди и вовсе видели бы одни минусы. Однако на фоне маленьких плюсов происходят куда более глобальные и опасные процессы.
— И самое опасное изо всех — именно моральная регрессия, о которой вы говорили выше?
— Да, это касается и обсуждаемой тематики, и используемого лексикона. Мы видим, как в оскорбительный стиль дискуссии вовлекаются даже весьма солидные люди, которые не выдерживают и начинают использовать грубые нецензурные выражения, ругаться матом. Обратите внимание, как много у нас появилось женщин, сыплющих проклятиями, ругающихся площадными словами. Образ женщины, ругающейся матом, — ужасающий образ. Женщина по сути своей склонна вносить порядок, когда систему начинает трясти, — так происходит как в социуме, так и в природе. А у нас появилось некое сообщество женщин, полностью вышедших из этой женской функции. Это значит, что в нас нарушилось нечто очень естественное и глубинное…
Знаете, я на днях вернулась из Арцаха и должна сказать, что люди там очень обеспокоены. Я никогда не видела арцахцев столь обеспокоенными. Они всегда были чрезвычайно позитивными, оптимистичными и всегда говорили: «Мы стоим на страже, не волнуйтесь, все хорошо». Они и сейчас стоят, но очевидно, что отношения с Арменией и нагнетание провоцируемого раскола — для них как удар в спину. Даже на уровне руководства это ощущается. Когда я смотрю на руководство Арцаха во время официальных встреч с руководством Армении, у меня возникает впечатление, что Бако Саакяну даже на поле боя не было так тяжело, как сейчас. Опасная разделительная линия, которая день ото дня все больше углубляется, ни к чему хорошему не приведет. Арцах всегда смотрел на Армению не только с надеждой, но и с внутренней убежденностью, что они держат границу и решают вопросы безопасности и Армении. Так и было. Сейчас же арцахцы не понимают, что происходит, и ждут, что разрушительные процессы коснутся и их. Это очень плохо.
Идут процессы разрушения единства, и, если они дойдут до Арцаха, мы изнутри ослабнем настолько, что победить нас извне не будет трудной задачей. Кто-то сомневается, что извне найдутся желающие воспользоваться нашей слабостью и разобщенностью?! Сегодняшний мир сложен, и происходящие в нем геополитические процессы надо понимать и уметь адекватно на них реагировать. Вместо того чтобы подвергнуть анализу глобальные тенденции, вместо того чтобы обеспечить в стране работу серьезных аналитических центров с целью понять геополитические тенденции, место и роль Армении в общемировых процессах, наши сценарии, мы заняты блокированием судов, преследованием каких-то семей, преследованием СМИ. Не говоря о большем, подобное поведение как минимум неадекватно вызовам, существующим вокруг нас.
Зара Геворкян, «Голос Армении»
