Президент Турции Реджеп Эрдоган начал отправку войск в Ливию, чтобы оказать поддержку осажденному правительству национального согласия (ПНС). Цель Турции — защитить Триполи и помочь ПНС, которое признано ООН, удержать власть. Удастся ли Турции реализовать свои планы в Ливии — это большой вопрос. В стране также действуют и другие участники, включая Египет, ОАЭ и Россию, которые активно работают против того, чтобы Турция достигла своих целей.
.
Президент Турции Реджеп Эрдоган начал отправку войск в Ливию, чтобы оказать поддержку осажденному правительству национального согласия (ПНС). Цель Турции — защитить Триполи и помочь ПНС, которое признано ООН, удержать власть, пишет глава стамбульского Центра экономических и внешнеполитических исследований (EDAM) Синан Ульген в статье для издания Bloomberg.
С точки зрения Анкары, она должна сделать оборонительный шаг, чтобы противостояние между ПНС, возглавляемым премьер-министром Файесом аль-Сарраджем, и так называемой Ливийской национальной армией, возглавляемой генералом Халифой Хафтаром, зашло в тупик. Расчет состоит в том, чтобы создать в стране ситуацию, при которой стороны будут вынуждены сесть за стол переговоров в поисках скорейшего пути к политическому урегулированию.
Удастся ли Турции реализовать свои планы в Ливии — это большой вопрос. В стране также действуют и другие участники, включая Египет, ОАЭ и Россию, которые активно работают против того, чтобы Турция достигла своих целей.
Военное участие Турции мотивировано желанием защитить двустороннее соглашение, заключенное в декабре 2019 года с ПНС о делимитации морских границ в Средиземном море. В течение многих лет Турция конфликтовала с Грецией и Кипром по поводу прав в Восточном Средиземноморье. Не являясь участником Конвенции ООН по морскому праву 1982 года, Турция не признает обширный территориальный шельф и исключительные экономические зоны, предоставленные островам в рамках Конвенции ООН.
Турция и Греция уже более полувека ведут переговоры, пытаясь найти взаимоприемлемое урегулирование спора о распределении ресурсов в Эгейском и Средиземном морях. Этот спор усугубляется продолжающимся политическим расколом на Кипре и решимостью Турции обеспечить справедливую долю потенциальных финансовых выгод для турок-киприотов.
В течение последних лет региональная политика Анкары в сочетании с ее безоговорочной поддержкой «Братьев-мусульман» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) привела к осложнению отношений с Египтом и Израилем. В результате Турция столкнулась с группой стран, стремящихся использовать природные ресурсы Восточного Средиземноморья в ущерб интересам Турции.
Для Эрдогана сделка с Ливией — это формула, позволяющая разорвать изоляцию Турции и завоевать поддержку ее заявки на более справедливое распределение морских ресурсов в Восточном Средиземноморье. Однако в обмен на декабрьскую сделку ПНС попросило Анкару оказать поддержку в борьбе с Хафтаром. Более широкая картина говорит о том, что военное участие Турции в Ливии — это цена провала ее региональной политики, которая поставила под угрозу долгосрочные геополитические интересы страны.
При этом Турция может столкнуться с рядом опасностей. Во-первых, существуют внутриполитические риски. В отличие от военной операции в Сирии, экспедиционные усилия в Ливии не пользуются широкой общественной поддержкой. Недавний опрос, проведенный исследовательской компанией Istanbul Economics Research, показал, что только 34% респондентов поддержали отправку войск в Ливию, а 58% — выступили против. Затяжная кампания в Ливии может иметь серьезные внутриполитические последствия, особенно если турецкие военные понесут потери.
Во-вторых, турецкий контингент будет действовать далеко от дома, при наличии ряда нерешенных проблем в сфере материально-технического обеспечения, против врага, который пользуется открытыми маршрутами снабжения из соседнего Египта. Еще одним серьезным препятствием станет отсутствие превосходства в воздухе: беспилотные летательные аппараты, эксплуатируемые Турцией, не смогут ничего противопоставить воздушным силам Хафтара, которые также пользуются поддержкой истребителей, базирующихся в Египте.
Осознавая все эти недостатки, Анкара стремится избежать прямого военного участия. Турецкие подразделения будут действовать только в качестве военных советников. Боевые действия должны вестись силами сторонников Свободной сирийской армии. Военный успех недавней сирийской кампании, похоже, убедил турецких политиков в том, что эти доверенные лица также могут оказаться эффективными в Ливии, где большинство враждующих группировок представляют собой те или иные объединения ополченцев.
Другие правительства, поддерживающие вооруженную оппозицию, в частности Египет и ОАЭ, могут воспользоваться военным участием Турции в Ливии для того, чтобы навредить Эрдогану, которого они обвинили в поддержке враждебных им исламистов.
Поэтому многое будет зависеть от того, решат ли Каир и Абу-Даби увеличить свою военную мощь или нет. Чтобы предотвратить подобный исход, Турция обратилась к России в надежде получить от Москвы поддержку для обеспечения процесса скорейшего политического урегулирования. Эрдоган и президент РФ Владимир Путин призвали к введению режима прекращению огня в Ливии 12 января, но неясно, обратят ли воюющие стороны внимание на этот призыв. На самом деле влияние России в Ливии по-прежнему носит ограниченный характер по сравнению, скажем, с Египтом.
В конечном итоге успех стратегии Турции будет зависеть от уровня ее приверженности ПНС и эффективности ее военного сдерживания. Эрдогану придется убедить лидеров противостоящих правительств, включая Хафтара, что Анкара сделает все необходимое для защиты ПНС.
Максим Исаев, ИА REGNUM