За менее чем полтора месяца (точнее, 43 дня) 10, а по данным независимых наблюдателей, 12 небоевых потерь в армии… Получается страшная цифра: в среднем каждые три с половиной дня в армянской армии случались трагические инциденты. Большинство из них квалифицируется как доведение до самоубийства или прямое убийство, то есть как следствие неуставных отношений.
ПОЯВЛЕНИЕ 12 ФЕВРАЛЯ очередной страшной информации о гибели сразу двух солдат стало, судя по всему, последней каплей, которая привела к закономерному взрыву армянского общества, казалось, уже намертво погруженного в мелкую грызню и бесконечные мутные разборки «черных» и «белых». Особенно на фоне торжественно объявленного премьером месяц назад «исторического рекорда» — минимума небоевых потерь в армии за прошлый год.
В тот же день в ходе правительственного часа в парламенте Николу Пашиняну был задан вопрос о том, что же происходит в армии. Причем показательно, что задал его откосивший в свое время от воинской службы и отсидевший за дезертирство тюремный срок «независимый» депутат Арман Бабаджанян. Почти за два «постреволюционных» года нас уже приучили не удивляться ровным счетом ничему, посему проигнорируем сей факт и обратимся к ответу премьер-министра. Тем более что оказался он весьма примечательным. Во всех смыслах.
Никол Пашинян заявил, что для понимания сути проблемы необходимо изучить, «как общаются наши дети в школах, во дворах». «Я был удивлен, когда узнал, что находятся люди, в том числе и депутаты, которые заявляют, что воровской менталитет крайне важен с точки зрения сохранения наших национальных традиций и национальной идентичности. Я был поражен. Безусловно, тут необходимо уточнить эту информацию с теми депутатами, которым приписываются эти слова. Но суть проблемы именно в подобном восприятии», — сказал премьер. К сожалению, не уточнив, в какой именно фракции состоят упомянутые им депутаты, — уж не в «Моем шаге» ли?
Далее Пашинян почему-то перешел к вопросу о стирке нижнего белья солдат, отметив, что, дескать, «некоторые наши военнослужащие считают оскорбительным, если в стиральной машине одновременно с их бельем стирается и чужое». И заключил, что «все эти проблемы являются формой проявления криминальной субкультуры».
В ОПРЕДЕЛЕННОЙ СТЕПЕНИ с главой правительства можно согласиться: будущий солдат формируется как личность в семье и школе и приходит в армию уже со своими устоявшимися и привитыми в детстве и юности понятиями и воспитанием. Эти прописные истины, однако в данном случае это можно считать ярким проявлением демагогии, ибо Никол Пашинян не ответил на главный вопрос: почему все это обострилось столь болезненно именно сейчас, спустя полтора с лишним года после «революции любви и согласия»? Дедовщина — обычное явление в любой армии, и небоевые потери, как ни горько сознавать, были и будут всегда. Но в таком количестве, с такой частотой и жестокостью? Что именно происходит в армии, что именно привело к резкому скачку кровавых инцидентов и разборок с трагическим исходом?
Ответ на весьма деликатный и щепетильный — особенно для армянского общества — вопрос или по меньшей мере одна из главных причин происходящего лежит на поверхности. Армия является таким же отражением общества, как и любой иной его институт. Призывник и контрактник — те же представители населения и пользователи соцсетей, впитавшие в себя все особенности сегодняшней атмосферы в Армении. Слушавшие и читавшие речи и записи представителей власти, в том числе депутатов, мэра Еревана, членов правительства (впрочем, последние в этом смысле наиболее умеренные), а главное — самого премьера. Отлично знающие, что именно власть целенаправленно делит народ на «черных» и «белых», своих и врагов, революционеров и контрреволюционеров, сторонников и противников Пашиняна, усиленно разжигая огонь ненависти между двумя лагерями.
Излишне говорить о том, какое влияние оказывает на неокрепшие умы молодых парней тот факт, когда сам премьер-министр активно и постоянно использует риторику ненависти, угроз, скатываясь на уровень шизофренических воплей в адрес политических оппонентов. Когда первое лицо государства не только называет собственных граждан «сучьими выскочками», не только угрожает распластать их на асфальте и размазать по стенке, но и время от времени словно одержимый реализует свои угрозы. Достаточно вспомнить, как в режиме онлайн люди в масках с применением показательного насилия укладывали на асфальт членов партии «Адеквад», чтобы потом молча выпустить их через пару часов, не считая нужным как-то объяснить абсолютный произвол.
ЧЕМУ ЖЕ МОГУТ НАУЧИТЬСЯ 18-20-ЛЕТНИЕ ПАРНИ у того, кто является руководителем государства, а в случае войны — страшно произнести — станет Верховным главнокомандующим? Чему, кроме этой самой криминальной субкультуры и убеждения, что все разногласия надо решать только и только с позиции силы? Что можно всего лишь за собственное мнение или отношение к кому-либо учинить самоуправство и демонстративно наказать. Что в стране не действуют никакие законы и, если у тебя в руках власть, ты можешь безнаказанно творить самосуд, унизить человека, отправить его за решетку без каких-либо законных оснований.
Армия — слепок общества, накал страстей в котором постоянно повышается усилиями властей и первых лиц. И если самое первое лицо может истерически нападать на своих оппонентов с высокой государственной трибуны, а затем насылать на них спецназ и грубо укладывать на асфальт, оно обязано осознавать, что именно на армии все это неизбежно отразится самым извращенным и страшным способом. Ибо там у людей в руках оружие, соблазн использования которого возрастает прямо пропорционально тому, что происходит на гражданке, и тем образцам поведения, которые демонстрирует власть. В первую очередь — глава государства.
Потому что публично ругаться и обливать изысканной бранью соотечественников — это и есть криминальная субкультура, на которую жалуется премьер-министр. Потому что он сам и есть в первую очередь носитель этой субкультуры. Насилие в армии резко возросло потому, что его доза резко увеличилась в обществе. Остается лишь понять: делается ли это умышленно или по незнанию? Истина ужасает в обоих случаях…
Вардуи Микаелян, «Голос Армении»
