На фоне военных действий на армяно-азербайджанской границе Ильхам Алиев созвал 13 июля заседание Совета безопасности и произнес речь. По его словам, Армения совершила провокацию и была «жестоко наказана». «Они обстреливают наши села и гражданское население, совершая военные провокации, хотят напасть на территории Азербайджана и захватить наши позиции. Вся ответственность лежит на руководстве Армении», - заявил бакинский правитель. После чего утешил сородичей заверениями в том, что, дескать, «Азербайджан защитил свою государственную границу, и армянские солдаты не смогли пройти на азербайджанскую землю даже на сантиметр».
СУТЬ СОЗЫВА ЗАСЕДАНИЯ СБ И ВЫСТУПЛЕНИЯ АЛИЕВА ЯСНА: обвинить Армению в нападении на Азербайджан с целью захвата земель. Степень лицемерия и преследуемые цели настолько очевидны, что нет смысла их комментировать. Отметим лишь, что любимый посол Алиевых Полад Бюльбюль-оглы в тот же день прямым текстом опроверг своего босса, заявив в интервью московским СМИ, что, дескать, неважно, кто напал первым. Между тем главный вопрос, который сейчас муссируется в большинстве публикаций и многими экспертами, заключается именно в этом: кто напал первым?
События в Тавуше стали первым серьезным военным испытанием нынешних властей Армении. Специфика происходящего сводится к двум главным факторам: во-первых, Ильхам Алиев в силу множества причин нарушил режим прекращения огня в период пандемии коронавируса, игнорируя призывы международного сообщества, во-вторых, конфликт перенесен на границу Армении с Азербайджаном.
Необходимость проведения расследования с целью выяснить виновников эскалации уже отметили отдельные эксперты. В частности, российский специалист Михаил Демурин в интервью ИА РЕГНУМ заявил: «Азербайджанский посол в Москве говорит, что «дело не в том, кто первый начал, кто второй ответил». Нет, в данном случае, как и во многих других эпизодах, как и во время азербайджано-карабахской войны 2016 года, важно именно это. Поэтому в район этого боестолкновения должны быть приглашены зарубежные эксперты. Там обязательно должны побывать и представители ОДКБ, в которую входит Армения. На основе их экспертизы руководство ОДКБ, а также руководство нашей страны, должны занять по этой провокации жесткую, недвусмысленную позицию».
О необходимости расследования говорится также в документе, представленном в Палату общин Великобритании с явной подачи Баку. «Палата обратилась к правительству Великобритании поддержать призыв к Минской группе ОБСЕ провести тщательное расследование», - говорится в документе, который в Азербайджане выдают за уже принятый нижней палатой английского парламента. То же подчеркивается и в ряде других публикаций и экспертных мнений.
МЕЖДУ ТЕМ 4 ГОДА НАЗАД, СРАЗУ ПОСЛЕ АПРЕЛЬСКОЙ ВОЙНЫ, Минская группа приняла и закрепила подписанными всеми сторонами соглашениями конкретный и реальный механизм проведения расследований инцидентов в зоне конфликта. Более того, осенью того же года сопредседателям были предложены инновационные методы отслеживания ситуации с целью сдерживания сторон от эскалации и развязывания войны.
Речь идет, во-первых, о Венских и Санкт-Петербургских договоренностях, достигнутых летом 2016 года. Напомню, что инициатива американских конгрессменов Эда Ройса и Элиота Энгеля по созданию мер укрепления режима прекращения огня, в том числе – механизмов расследования инцидентов на передовой, была выдвинута еще в декабре 2015 года и поддержана 80-ю их коллегами в Конгрессе. Сразу после Апрельской войны инициатива стала главной темой повестки переговоров в рамках Минской группы и получила официальное оформление в виде Венских и Санкт-Петербургских документов.
Подчеркнем: сопредседатели и международное сообщество буквально принудили отчаянно сопротивляющегося Алиева подписать договоренности, достижение которых стало самым серьезным успехом армянской дипломатии в поствоенный (с 1994г) период. К сожалению, однако, после смены власти в Армении важнейшие соглашения были практически выведены из повестки переговоров. Между тем внедрение механизмов расследования инцидентов позволило бы дать сегодня четкий ответ на главный вопрос: кто напал первым?
В ноябре 2016 года эти договоренности получили логическое продолжение: Национальный исследовательский университет обороны Армении предложил инновационный способ отслеживания ситуации в зоне конфликта. Он был детально изложен в докладе начальника университета профессора Гайка Котанджяна на совместном заседании Постоянной комиссии по внешним связям НС РА и комитета Государственной думы РФ по международным делам.
«Речь идет целесообразности возвращения к разработкам по привлечению сопредседателей Минской группы ОБСЕ к зондажу опасной динамики подготовки войск к возобновлению военных действий в зоне карабахского конфликта с использованием средств наблюдения из наднационального околоземного пространства с применением орбитальных средств дистанционного зондажа.
Применение данного инновационного метода сдерживания возобновления войны путем использования державами-посредниками, осуществляющими миротворческую деятельность, своих орбитальных средств дистанционного зондажа может стать эффективным инструментом и стратегически важным фактором обеспечения безопасности как в случае с карабахским конфликтом, так и в других зонах тлеющих региональных конфликтов», - говорилось в докладе.
Авторы также подчеркивали, что разработка по использованию орбитального контроля была обсуждена и с американским сопредседателем Минской группы. То есть с сопредседателями велась активная работа, способная привести к настоящему прорыву в вопросе стабильного сохранения режима прекращения огня. Кроме того, как отмечал Котанджян, речь шла о методологии «привлечения сопредседателей Минской группы ОБСЕ в лице постоянных членов Совета Безопасности России, США и Франции к зондажу опасной динамики силы в зоне карабахского конфликта».
ДА, ДОГОВОРЕННОСТИ И ПРЕДЛОЖЕННЫЕ МЕРЫ В 2016 ГОДУ КАСАЛИСЬ только линии соприкосновения ВС Арцаха и Азербайджана и не предусматривали мониторинг армяно-азербайджанской границы. Однако, во-первых, ситуация сегодня резко изменилась. Во-вторых, сопредседатели Минской группы уже давно реагируют на нарушения режима прекращения огня на границе Армении и Азербайджана точно так же, как на обострения на линии соприкосновения. В-третьих, территория предполагаемого мониторинга настолько мала, что охват дополнительных нескольких сотен километров никак не может быть проблемой.
А главное - сам Ильхам Алиев предоставляет более чем убедительную причину рассматривать обе границы в едином контексте безопасности. Потому что сам Ильхам Алиев напрямую связывает нарушения режима на армяно-азербайджанской границе с урегулированием Арцахского вопроса и ставит условием прекращения агрессии на этом участке решение конфликта по турецкому сценарию. «Азербайджан никогда не смирится с оккупацией своих территорий и сделает все возможное, чтобы восстановить свою территориальную целостность», - заявил он на заседании СБ, тем самым фактически выдвигая ультиматум сопредседателям и международному сообществу.
Таким образом, императивом дня становится возвращение в повестку процесса Венских и Санкт-Петербургских договоренностей, которые 4 года были назад приняты в качестве официального документа Минской группы ОБСЕ. Императивом дня становится внедрение механизмов расследования, а также предотвращения военных инцидентов по всему периметру границы двух армянских государств с Азербайджаном.
Ильхам Алиев не зря так старался избежать подписания этих документов в 2016 году, не зря изворачивался, скулил, жаловался и юлил до последнего, пока его не вынудили согласиться. И именно срыв достигнутых в Вене и Санкт-Петербурге на самом высоком уровне договоренностей привел к сегодняшней ситуации, когда тот же Алиев развязывает вооруженную агрессию уже на границе с Арменией, сознательно принося в жертву своих военнослужащих, дабы добиться желанной цели: объявить Республику Армения агрессором, пытающимся вновь захватить азербайджанские земли.
Задача дня для армянской дипломатии – настаивать на возвращении и выполнении договоренностей четырехлетней давности. В целом ситуация и поведение Азербайджана дает множество возможностей официальному Еревану поднять важнейшие вопросы и повернуть ход развития событий в свою пользу. Не только на поле военных действий, но и дипломатическом. И это тот случай, когда армянская дипломатия имеет шанс сделать то, чего не было сделано в полной мере после 1994 года: закрепить победы армянского оружия успехами армянской внешней политики.
Марина Григорян, "Голос Армении"