Когда 12 июля сего года Азербайджан, нарушив режим прекращения огня, предпринял агрессию против Армении, подразделения ВС РА отреагировали не просто своевременно и адекватно, а с блестящим профессионализмом, дав немедленный отпор противнику. И это, конечно, заслуга армии и ее военного командования, включая министра обороны Давида Тонояна, начальника Генштаба ВС РА Оника Гаспаряна, командующего 3-м армейским корпусом Григория Хачатурова, наших офицеров и доблестных солдат.
ПОКА ОБЩЕСТВЕННОСТЬ С НЕДОУМЕНИЕМ НАБЛЮДАЛА, как в разгар июльских событий на границе премьер Пашинян выкладывает в соцсети Facebook видео своей танцующей под военно-патриотическую песню младшей дочери и рассуждает там же на тему "национальных целей", никак (публично, по крайней мере) не реагируя на военную диверсию Азербайджана в отношении Армении, армия делала свое дело. И этот диссонанс не мог остаться незамеченным – ни для экспертов, ни для простых граждан, с гордостью и благодарностью отмечавших действия наших военных и, мягко говоря, с удивлением – молчание Пашиняна.
Сегодня секретарь Совета безопасности Армен Григорян заявляет, что "весь ход июльских действий руководствовался и координировался премьер-министром РА". Странное заявление – как минимум. Понятно, что так или иначе, шаги, предпринимаемые Минобороны, доводились до сведения правительства и лично премьера Пашиняна. Но, позвольте, каким боком он этими шагами (всеми!) руководил, да еще координировал?! И дело здесь не только и не столько в отсутствии у премьера знаний в области военной науки – стратегии и тактики, сколько в отсутствии у него подобных полномочий по закону. Ибо в соответствии со ст. 155. п.4 действующей Конституции РА, премьер-министр является Верховным Главнокомандующим вооруженными силами исключительно во время войны. Которой июльские события никоим образом не являются. Речь, разумеется, идет о международно принятой юридической терминологии определения войны, а не разговорном жанре с вольной интерпретацией значения этого слова, к которой мы все прибегаем.
В бытность Армении президентской республикой глава государства – президент – являлся Верховным Главнокомандующим как в военное, так и в мирное время. Левон Тер-Петросян, Роберт Кочарян, Серж Саргсян были Верховными Главнокомандующими вооруженными силами Армении по определению и независимо от ситуации. После же перехода страны на парламентскую модель правления и конституционных изменений, верховное главнокомандование переходит к премьер-министру, повторимся, только во время войны. В иное время (ст.155, п.3) "высшим военным должностным лицом вооруженных сил является начальник Генерального штаба", подчиняющийся (опять же в невоенное время) министру обороны.
КОНЕЧНО, МОЖНО СИДЕТЬ И ДОЛГО РАССУЖДАТЬ, насколько подобные изменения вообще, включая переход к парламентаризму, обоснованы в условиях перманентных внешних угроз и вызовов для Армении и многолетнего состояния "ни войны, ни мира" с Азербайджаном. Многие эксперты считают, что было бы куда правильнее, чтобы глава государства одновременно являлся и Верховным Главнокомандующим ВС в любое время – хотя бы с точки зрения максимально оперативного принятия решений и реагирования на случай войны.
С другой стороны, это тот случай, когда априори сомнительный подход работает во благо, если глава государства ничего не смыслит в вопросах военной стратегии и тактики и даже не служил в армии. Благо, наше военное руководство состоит из людей высокопрофессиональных, способных справиться с любой нештатной ситуацией и попыткой агрессии, в чем наши агрессивные соседи имели возможность в очередной раз убедиться.
Так зачем же вы, г-н Григорян, пытаетесь приписать чужие лавры премьеру Пашиняну? Неужели вы не понимаете, что оказываете ему этим медвежью услугу? Да и просто выставляете его и себя на посмешище. Нехорошо…
Зара Геворкян, "Голос Армении"