Не будет преувеличением сказать, что армянское общество, затаив дыхание, ждет результатов ожидаемой 11 января встречи в Москве на уровне глав Армении, России и Азербайджана. Уже несколько дней в прессе и армянском сегменте социальных сетей муссируются слухи о том, что в российской столице будет подписано некое соглашение между Ереваном и Баку по сверке границ, решению вопроса возвращения пленных и многим другим вопросам, касающимся поствоенной ситуации.
Постоянно говорится о болезненных уступках со стороны премьер-министра Никола Пашиняна. В Facebook даже запустили флешмоб, участники которого заявляют, что как граждане Армении, они не уполномочили Пашиняна вести переговоры с Алиевым и уступать Азербайджану территории.
По мнению политолога Ерванда Бозояна, напряженность в Армении и пессимистичные настроения связаны с утратой Пашиняном общественной легитимности. После подписания перемирия 10 ноября и поражения в войне, граждане попросту перестали верить заявлениям властей. Он считает, что нет и прежнего доверия к вооруженным силам.
«На этом фоне, любое упоминание о каком-либо документе по Карабаху вызывает крайне серьезную обеспокоенность. Даже если какие-то формулировки, слова, звучащие из уст официальных структур, близки к истине, люди относятся к ним с большой оговоркой. Независимо от того, какой документ будет подписан, у граждан есть и будет тотальное недоверие к нему», — сказал Бозоян в интервью Sputnik Армения.
Эксперт добавил, что в результате процессов последних месяцев армянское общество перестало связывать с действующей властью какие-либо надежды на долгосрочное развитие, укрепление безопасности и т.д.
Он также отмечает, что в Армении сложилась весьма парадоксальная ситуация. Из мировой истории известно, что после военного поражения той или иной страны, там происходит смена власти, зачастую инициированная военными. Так было в странах Латинской Америки, было в ряде европейских государств – Испании, Греции.
«Как правило, люди в погонах чувствуют за собой некую миссию по спасению государственности, у них особая ответственность. Но в Армении мы видим очень странную ситуацию – лидер страны не хочет уходить в отставку, так как не чувствует гарантий собственной физической безопасности, а силовые структуры ведут себя крайне пассивно и даже покорно. Это очень удивительно. И даже можно подумать, что реальных силовых структур в Армении нет», — говорит политолог.
Он полагает, что в каком-то смысле функции силовых структур по отстранению правящей команды от власти попыталась взять на себя оппозиция – организовывая митинги, проводя «марши достоинства» и т.д. Но особых шансов на успех в таких ситуациях нет, поскольку широкие народные массы обычно выходят на улицу под социальными и социально-экономическими лозунгами. И даже движение, начавшееся в Армении в 1988 году, было скорее национально-социальным движением, считает Бозоян. То же самое можно сказать о «бархатной революции» в апреле 2018 года. Люди хотели избавиться от олигархического, как они считали, режима и начать жить хорошо. Сейчас в основе оппозиционной активности нет идеи «жить хорошо», есть идея «спасти государство», но оно мало что говорит рядовому гражданину, живущему своими обыденными проблемами и заботами. Это обстоятельство и нивелирует шансы оппозиции. В лучшем случае можно идти на «социализацию» движения, но это уже потребует определенного времени.
