На вопросы "Голоса Армении" о происходящих сегодня процессах делимитации и демаркации границ отвечает проректор Академии юстиции, доцент кафедры конституционного права ЕГУ кандидат юридических наук Анаит Манасян.
- Как в международной практике принято проводить процесс демаркации границ между государствами? Есть ли на этот счет нормы в рамках внутреннего законодательства?
- Следует иметь в виду, что установление, в том числе демаркация государственной границы, – не одношаговый процесс. Демаркация – это обозначение на местности государственной границы пограничными знаками с составлением демаркационных документов. Демаркации предшествует делимитация, то есть юридическое оформление линии государственной границы между сопредельными государствами, положение которой графически изображается на карте с соответствующим ее описанием.
Следовательно, надлежащее установление государственной границы предполагает юридическое оформление линии государственной границы и ее обозначение на местности, что должно осуществляться правомерными путями. Для делимитации и демаркации границ в международной практике, как правило, создаются совместные комиссии. Если в результате этого не удается достигнуть договоренности, международное право и практика предлагают иные механизмы решения вопроса, например, посредничество или международный арбитраж.
Государства, как правило, принимают и акты в рамках внутреннего законодательства, предусматривающие принципы установления государственной границы, механизмы ее охраны и т.п. Так, Конституция РА предусматривает, что вопросы, касающиеся изменения территории Республики Армения, решаются посредством референдумов. Более того, Закон РА "О государственной границе" предусматривает принципы, которыми необходимо руководствоваться при установлении и изменении прохождения государственной границы, регулировании отношений с сопредельными государствами, а также правоотношений в приграничных районах.
- Как можно охарактеризовать раздел границ, осуществленный путем измерения и определения границ посредством GPS?
- Все данные, в том числе данные GPS, могут быть приняты во внимание в процессе установления государственной границы. Однако, как я уже отметила, делимитация и демаркация – это не одношаговый и не одноэлементный, а комплексный процесс, в рамках которого должны учитываться все фундаментальные вопросы, принципы и данные. В случае с установлением государственной границы, широко обсуждаемой на данном этапе, не имело и не имеет место подобное комплексное отношение к вопросу. Более того, в данном случае мы имеем дело с очень сложной ситуацией. Это связано с тем, что существующий основной конфликт пока остается нерешенным, так как в современном цивилизованном мире единственным способом решения подобных вопросов являются правовые механизмы.
Более того, для армянского населения указанный конфликт является не просто территориальным. Все территориальные и приграничные вопросы тесно взаимосвязаны с дальнейшим физическим существованием, безопасностью, защитой прав и свобод людей. А в современном мире никакой другой принцип не может иметь верховенство над указанными ценностями. Следовательно, процесс делимитации и демаркации государственной границы в данном случае может стать правомерным и комплексным лишь в случае, если правовыми механизмами будет разрешен существующий конфликт, а для установления государственной границы будут использованы надлежащие механизмы, предлагаемые международным правом и практикой.
- В какие сроки, согласно международной практике, производится раздел границ между государствами? Думается, процесс этот достаточно длительный, предполагающий подготовительный этап, а также компенсацию для жителей, которым придется стать вынужденными переселенцами.
- Абстрактно говорить о сроках установления государственной границы не целесообразно, потому что это напрямую зависит от конкретной ситуации. Очевидно, что при наличии проблемных и конфликтных вопросов процесс будет более длительным, чем в обычной ситуации. Вместе с этим, принимая во внимание все представленные составляющие и механизмы делимитации и демаркации государственной границы, очевидно, что указанный процесс не может производиться "в одночасье".
Что касается второй части вопроса, отмечу, что вы поднимаете фундаментальный вопрос. Я бы предпочла изменить его основной вектор. Причина в том, что до обсуждения иных вопросов следует иметь в виду, что подобное произвольное принудительное переселение населения является нарушением императивной нормы общего международного права. Более того, согласно Венской конвенции "О праве международных договоров", договор является ничтожным, если в момент заключения он противоречит императивной норме общего международного права. Следовательно, указанный вопрос не может оставаться без должного внимания и обсуждения.
- Что означает демаркация на основе "устной договоренности"? Можно ли это воспринимать всерьез?
- Хотя, согласно Венской конвенции "О праве международных договоров", "договор" означает международное соглашение, заключенное в письменной форме, однако та же конвенция предусматривает, что сам факт, что обсуждаемая Конвенция не применяется к международным соглашениям, заключенным не в письменной форме, не затрагивает юридической силы таких соглашений; применения к ним любых норм, изложенных в Конвенции, под действие которых они подпадали бы в силу международного права, независимо от обсуждаемой Конвенции.
Более того, очевидно, что заявления должностных лиц имеют важное значение в международных отношениях.
Следовательно, должностные лица должны осторожно, бережно и внимательно относиться к устным договоренностям и заявлениям, так как кажущиеся на первый взгляд несерьезными договоренности и заявления могут привести к очень серьезным последствиям.
- Почему Азербайджан, объявляющий себя правопреемником Азербайджанской Демократической Республики, настаивает на границах советского периода? Тем более, что из состава СССР эта республика выходила практически без НКАО.
- Я много раз говорила о том, что в результате анализа учредительных актов Азербайджанской Республики может сложиться такое профессиональное впечатление, что в момент провозглашения независимости Азербайджан считал себя правопреемником Азербайджанской Республики 1918-1920 гг. Более того, да, действительно, из состава СССР Азербайджан фактически выходил без НКАО. Это меняет весь спектр территориальных вопросов и должен, по крайней мере, стать предметом обсуждения в рамках надлежащих процедур. А сам конфликт может быть разрешен только путем существующих правовых цивилизованных механизмов.
- Есть ли у Армении шанс вернуть себе те куски приграничья, которые Азербайджан уже "оторвал"? Существуют ли на сей счет правовые основания?
- Все вышесказанное говорит о том, что происходящие процессы являются проблемными с точки зрения международного права. Я много раз говорила и об их противоречии с Конституцией Республики Армения. Следовательно, если говорить о правовом аспекте вопроса, при правильном и надлежащем использовании существующих механизмов, конечно же, изменение ситуации возможно.
Лана Мшецян, "Голос Армении"