Чем меньше времени остается до митинга Движения за спасения Родины, который, как известно, состоится 20 февраля, тем чаще власть прибегает к хаотическим импровизациям, производимым и в постоянном цейтноте, и в вечном цугцванге. Вот и главная опора Никола - полиция поспешила выступить с заявлением, то есть вынуть и показать обществу свою ответственность, всю, какая есть.
Честно говоря, после того как полицию возглавил Ваге Казарян из Иджевана, я с опаской, с каким-то внутренним содроганием приступаю к знакомству с очередным опусом этого ведомства и, к сожалению, очень редко ошибаюсь в своих безрадостных предположениях. Ничего неожиданного не произошло и на этот раз.
В РАСПРОСТРАНЕННОМ НАКАНУНЕ СООБЩЕНИИ ПОЛИЦИИ говорится, что якобы некоторые работодатели, пользуясь своими рычагами, заставляют своих сотрудников участвовать в митингах оппозиции. А потом полиция переходит уже к прямым угрозам: "Сообщаем, что подобное давление на работников является преступлением, направленным против конституционных прав граждан, и наказывается, согласно статье 143 Уголовного кодекса, штрафом в размере от трехсот до пятисот минимальных зарплат, или лишением свободы до трех лет, или запретом на занятие определенной деятельностью. Граждане, которые столкнулись с подобными явлениями, могут обратиться в полицию".
Ущипните себя, это не сон. И приготовьтесь к еще большему сюрреализму. Ибо полиция обещает для спасения отечества (то есть в первую очередь все еще сидящего в премьерском кабинете предателя) предпринять необходимые шаги, "в том числе конституционного характера", чем порождает лингвистическую загадку. Ряд фраз как в армянском, так и в русском языке может иметь два диаметрально противоположных смысла. Например, фраза "после операции больной начал отходить" может означать как улучшение состояния больного, так и его тихий переход в лучший мир. Фраза из сообщения полиции из той же серии: то ли она в столь трудный для Пашиняна момент собирается особо свято блюсти Конституцию, то ли, напротив, собирается ее de facto основательно подправить. Более правдоподобным нам представляется второе толкование.
Тем более что говорить о почтении к Конституции в "новой Армении" крайне трудно. И не только потому, что тезис "Конституция не священная корова" регулярно пускается в обиход провластными политтехнологами. Положим, политтехнологи - люди жестокосердечные и увлеченно "отвинчивать гайки на железнодорожном полотне" для них дело вполне естественное. В конце концов, крепление рельсов к шпалам - тоже не священная корова.
НО КОГДА НЕ ПОЛИТТЕХНОЛОГИ, А ВЫСШИЕ САНОВНИКИ государства во главе с Николом вот уже почти три года с упорством долбят в ту же точку - что бы еще взять да и отвинтить в Конституции - и этот долбеж властью воспринимается как дело привычное и даже нормальное, тогда что же удивляться, если к процессу отвинчивания подключится и полиция? Народ, как говорится, к разврату готов.
Если, скажем, СНБ, грубо попирая Конституцию, ограничивает право граждан получать достоверную информацию из Сюника, то почему бы полиции не ограничить право граждан на проведение митингов? И чего мы такие несознательные сволочи, а? Заметили, сколько вопросительных знаков? Люблю я, грешник, задавать вопросы. Без них мозговые извилины заплетаются.
Честно говоря, очень хотелось бы видеть начальника полиции Ваге Казаряна не в ставшей для него традиционной роли семейного психолога Пашиняна, призванного всячески успокаивать хозяина, что его власти ничто не угрожает, а эксперта, который предлагает и предпринимает конкретные меры по исправлению ситуации в зоне своей непосредственной ответственности. То есть в области борьбы с преступностью. Однако, судя по всему, стремительно растущий в стране уровень преступности начальника полиции абсолютно не интересует. Как и не интересует вопрос, почему народ не желает управляться предательским режимом, постоянно прибегающим во имя сохранения своей власти к репрессиям и силе.
Заметим, что инструмент насилия используется и развитыми демократическими государствами. Жизнь однозначно показывает, что без насилия в некоторых случаях просто невозможно обойтись. Однако, во-первых, оно весьма ограничено по пределам применения, а во-вторых, сопряжено с различными сложными процедурами. Это позволяет прибегать к насилию лишь в самых крайних случаях, когда все другие возможности исчерпаны.
У нас же сегодня полиция прибегает к грубому насилию по отношению к гражданам по любому поводу и даже вообще без повода. Да, обиделась власть на народ. Неважный, понимаешь, народец достался. Никак не может смириться с продажей Родины, гибелью тысяч своих сыновей и скатыванием страны в пропасть. Своими митингами и акциями протеста не дает предателю плодотворно трудиться, то есть продолжать свое черное дело. Притом ни одного более приличного народа под рукой не наблюдается. Все приличные народы другие правительства разобрали.
О ЧЕМ ВСЕ-ТАКИ СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ, МЯГКО ГОВОРЯ, странное сообщение полиции? - спросит читатель, и это будет хороший вопрос. А свидетельствует оно об одном: Никол серьезно напуган и делает все, чтобы 20 февраля на площадь не вышло много народа. Вот и объявил охоту на работодателей. Но в лице Никола мы имеем дело не с настоящим охотником, а всего лишь с любителем охотничьих рассказов. Или с армянским Ходжа Насреддином. Когда у Ходжи пропал ишак, он страшным голосом возгласил: "Немедленно верните мне ишака, или я поступлю так, как сочту нужным". Убоявшись угрозы, люди немедленно вернули транспорт, после чего спросили Насреддина: "А что бы ты сделал, если бы не вернули ишака?" - "Пошел бы домой пешком", - ответил Насреддин. Каковую гибкую тактику Ходжи и реализует Никол.
Никакой работодатель, естественно, не заставляет сегодня своих сотрудников участвовать в митингах и других акциях протеста. Возмущенные граждане сами выходят на улицу и будут выходить до тех пор, пока не сметут предательскую власть. Пашинян явно что-то путает. Это весной 2018 года руководители ряда предприятий посылали подчиненных перекрывать улицы и требовать отставки Сержа Саргсяна. Это, к примеру, ставший сегодня "оппозиционером" ректор одного университета заставлял своих студентов принимать самое активное участие в "революции". А также ректоры других вузов, директора школ, руководители и собственники компании "Газпром Армения", "Ариндж мол" и многие другие.
Видела и знала все это полиция? Видела и знала, конечно. Почему молчала? А потому, что во главе страны тогда стояли люди, для которых стабильность и безопасность Армении и Арцаха были важнее собственного кресла. А полицией тогда руководили имеющие честь и достоинство офицеры, а не готовый на все ради хозяина Ваге Казарян.
"Пойдемте, Ватсон, здесь больше ничего интересного не будет", - повторю для себя я слова известного сыщика и направлюсь 20 февраля на митинг. И, заметьте, без принуждения главного редактора.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"