Встреча президентов Армении, России и Азербайджана в Казани была последней возможностью для урегулирования карабахского конфликта. Однако казанский саммит не стал последним шансом для продолжения переговорного процесса между конфликтующими сторонами. Эта встреча явилась крайним и конечным рубежом для Минской группы ОБСЕ, формат которой в ближайшей перспективе подвергнется изменениям. Как передает корреспондент ИА REGNUM, об этом 30 июня заявил директор Центра региональных исследований Ричард Киракосян, выступая в Ереване на семинаре, посвященном теме «Ситуация вокруг Нагорного Карабаха после казанской встречи президентов».
По его мнению, в настоящее время со стороны Европейского Союза (ЕС) прилагаются усилия по вовлечению в работу Минской группы ОБСЕ. При этом, как сказал эксперт, ЕС не желает полностью реформировать МГ ОБСЕ, а стремится содействовать работе этой структуры. Вместе с тем, по его словам, «некоторые деятели Евросоюза хотят заменить некоторых деятелей Минской группы», в частности — представителя Франции Бернара Фасье.
«Это также отражает позицию Евросоюза по отношению к Нагорному Карабаху, что очень конкретно выразилось во время визита в Армению министра иностранных дел Швеции Карла Бильдта»,- заметил Киракосян. Как он добавил, главный мессидж Евросоюза сообщает о том, что «конфликт в Нагорном Карабахе — единственный замороженный конфликт в регионе». «Однако это и единственное противостояние в Европе, от которого ЕС отстранен. И в Брюсселе многие говорят, что мы должны исправить эту ошибку», — отметил эксперт.
Киракосян полагает, что Евросоюз также выступит за включение НКР в переговорный процесс, но вместе с тем «будет поднимать вопрос о привлечении к участию в переговорах также азербайджанских беженцев из региона». «Иными словами, идут дискуссии, обмен мнениями, но окончательного решения еще нет», — сказал директор Центра региональных исследований.
Анализируя итоги казанской встречи, эксперт высказал мнение, что первоначально для конфликтующих сторон подготавливался 2-страничный документ, не имеющий ничего общего с Мадридскими принципами. Главной же целью встречи, по версии Киракосяна, должен был стать факт подписания соглашения, в котором стороны отказались бы от военного решения конфликта.
Согласно политологу, такой подход был обусловлен большой вероятностью начала военных действий со стороны Азербайджана и именно летом. Второй аргумент Киракосяна о необходимости встречи в Казани, заключался в том, что «Азербайджан подал некие сигналы о готовности к уступкам».
«От моих источников в Минской группе ОБСЕ я узнал, что азербайджанские дипломаты изменили свою позицию по вопросу проведения референдума в Нагорном Карабахе. Долгое время официальный Баку твердил, что в референдуме по вопросу НКР будет участвовать все граждане Азербайджана. Но перед Казанью они сообщили о готовности вести переговоры и по этому вопросу, чтобы выяснить конкретный состав участников референдума, предоставив при этом возможность представителям армянской стороны также участвовать в нем», — подчеркнул эксперт.
Он также отметил, что азербайджанская сторона, прибыв в Казань, «резко изменила позицию и стала настаивать на обсуждении 10-12 пунктов, по которым ранее стороны пришли к согласию».
Важным фактором срыва переговоров в Казани аналитик считает то, что «Азербайджан был более сконцентрирован на событиях 26 июня (военный парад в Баку), нежели на встрече 24 июня». «Потому что военный парад в Баку гораздо четче и ясней представлял стратегию Азербайджана, тем самым посылая очень важный мессидж», — подчеркнул Киракосян.
По его утверждению, специально в этот день был продемонстрирован приобретенный у России зенитно-ракетный комплекс С-300. «Конечно, это оборонное вооружение и не представляет особенной угрозы для Армении. Однако демонстрация этих комплексов была связана не только с тем, чтобы показать Карабаху и Армении свое вооружение. Таким образом они хотели представить, что С-300 составляют лишь часть заключенного с Россией 300-милионного контракта», — отметил политолог.
Вместе с тем, по его словам, ответ армянской стороны на этот мессидж был также впечатляющим. «Армения впервые подтвердила тот факт, что в стране выпускаются беспилотные самолеты, которые удивительным образом похожи на производимые в Азербайджане совместно с Израилем «беспилотники»», — сказал Киракосян. Другим фактом «достойного ответа» эксперт считает проявленный Арменией интерес и готовность приобрести «самую мощную в мире реактивную систему залпового огня «Смерч»».
Как считает аналитик, официального объявления войны не следует ожидать. «Я не ожидаю, что президент Ильхам Алиев выступит по телевидению и объявит о начале войны против Армении или Карабаха. Он прекрасно осознает, что, начав войну, обязательно потерпит поражение. Главная угроза — возможность возникновения спонтанной войны», — подчеркнул политолог.
В качестве факторов, усиливающих вероятность «случайной агрессии», он подчеркнул не только растущие военные расходы Азербайджана, которые в 2011 составят $3 млрд. 300 млн., но и изменения в стратегии азербайджанской дипломатии. «В настоящее время замечается переход от дипломатических войн к военной дипломатии. В этом смысле военные акции будут использоваться для увеличения дипломатического давления не только на Карабах и Армению, но и на международные структуры», — заключил Киракосян.
ИА REGNUM
