Никогда еще наше общество не было до такой степени деморализовано и дезориентировано, как сегодня. Психологи называют подобное состояние патологией нормальности, когда нормой становится то, что нормальным считаться не может и не должно. Более или менее внятные границы нормы размыты окончательно, патология возведена в ранг добродетели, на наших глазах происходит глобальная сбивка всех жизненных ориентиров и утрата основных национальных ценностей.
МЫ ПОТЕРЯЛИ АРЦАХ И БОЛЕЕ ПЯТИ ТЫСЯЧ МОЛОДЫХ ГЕРОЕВ, каждый день к врагу переходят все новые приграничные территории Армении, корабль наш получил пробоины, делающие дальнейшее плавание невозможным, власть одно за другим принимает чудовищные антиконституционные решения и законы, целенаправленно устанавливая в стране диктатуру, на очереди установление "добрососедских отношений" с Азербайджаном и Турцией и даже возможный отказ от Геноцида армян, все развалено и ничего не работает, а у нас обо всем этом уже забыли и говорят только о внеочередных выборах, обсуждают Избирательный кодекс и возможные предвыборные союзы.
Это напоминает странный консилиум у постели больного, умирающего от саркомы в последней стадии. Пациент хрипит и задыхается, а профессора с умным видом обсуждают, как избавить его от сезонного авитаминоза.
Чудны дела твои, Господи! Если есть где-то во Вселенной еще цивилизации, они не умрут от скуки - до чего же занятно рассматривать Армению в большой микроскоп и размышлять о том, как это удалось целой стране впасть в амнезию. Наверное, черепно-мозговая травма, постигшая нашу многострадальную Родину на ее непростом пути, утыканном одинаковыми граблями, и не предполагает ничего другого. Зато есть утешение - никакие грабли нам не страшны. Полная амнезия наступила. Страна не помнит боли, а значит, готова снова и снова подставлять лоб под грабли.
Что с нами происходит, сограждане? Почему у нас наступило полное расслабление мышц, по преимуществу мышц мозга? Мы потеряли способность отличать хорошее от плохого? Но тогда чем отличаемся от животных?
Прошло почти две с половиной тысячи лет с тех пор, как гениальный китайский философ Конфуций задумался, чем отличается человек от животного, скотины. Разум - ключевое отличие, по современной науке, но Конфуций понимал, что у животных тоже есть свой разум и попробуй отличи, где кончается разум животного и начинается разум человека. Он нашел ответ на этот вопрос. По Конфуцию, человека от животного отличает следующее: для человека существуют понятия "хорошо" и "плохо", а для животного - нет. Человек может отличить одно от другого, и он остается человеком, пока это делает. Судя по всему, скоро мы это делать совсем разучимся.
И ТОГДА МЫ, АРМЯНЕ, КОТОРЫЕ НА ПРОТЯЖЕНИИ всей своей истории были пчелами, превратимся в мух. Объяснить вам разницу, дорогие сограждане?
Мир устроен ясно и понятно. Приходишь на помойку - мухи. Идешь по цветущему саду - пчелы. Пчелы умнее мух: строят идеально шестигранные соты, делают запасы, выращивают детей, действуют сообща, танцем передают информацию, даже яд у них целебный. Мухи - дуры и назойливы идиотически. Пчелы своих детей выкармливают медом, а мухи своих детей суют в дерьмо и в тухлятину, и мушиные дети там быстро взрослеют, даже не понимая, что растут в дерьме.
Мухи иногда ведут себя, как пчелы, то есть садятся на мед (но никогда его не производят). А пчелы никогда не ведут себя, как мухи, то есть не садятся на дерьмо. Пчелы разборчивы, брезгливы, а мухи и дерьмо жрут за обе щеки, и от меда не отказываются, им все годится. Да, пчелы несравнимо умнее. При этом - вот досада - мух почему-то больше. Может, потому, что дерьма больше, чем цветов и нектара.
Не только рядовые граждане, но даже изощренные наблюдатели вслед за глобальным анализом причин и последствий страшной катастрофы, в которой оказалась наша страна, немедленно переходят к мучительному анализу другой, не менее глобальной проблемы: кто такой вообще этот Пашинян, по вине которого на Армению обрушились все эти несчастья? А это тот, кто мечтает превратить все общество в мух.
Это тот, кто хочет уничтожить нас как армянскую нацию и изнасиловал нашу историю. Как писал в свое время Эрнст Неизвестный: "Я знал, что история не девушка, что ее насилуют, но я никогда не знал, что этим занимаются такие ничтожные люди".
ГЛЯДИШЬ НА НИХ - ВРОДЕ БЫ ЛЮДИ С АРМЯНСКИМИ ФАМИЛИЯМИ. Но все они контролируются чужеродным организмом. И делают все во вред нации и стране. Эта власть за три года сумела сотворить абсолютно все злодеяния из в принципе возможных. Природа у них такая. Рыба не может дышать воздухом. Могло быть, конечно, и хуже. По всей вероятности, и будет, поскольку Пашинян ведет нас на выборы.
И мы послушно, хотя и до хрипоты спорим, какой вариант Избирательного кодекса лучше, когда в плену у врага остаются наши братья и не можем найти тела сотен или даже тысяч пропавших без вести ребят. Мы каждый день регистрируем несколько новых партий, когда в оставшейся у нас части Арцаха гуманитарная катастрофа, которая скоро постучится и в наши двери. Мы формируем предвыборные штабы и составляем партсписки, когда враг каждый день захватывает все новые наши приграничные территории, а после открытия границ, о чем так мечтает Пашинян, купит и всю Армению, превратив ее в свой вилайет.
Чтобы избежать подобной печальной перспективы, нужно думать не о выборах, а о способах скорейшего избавления от абсолютного зла. Например, посредством применения практики "золотого моста", когда ради избавления от какой-то злодейской личности сильно закрывают глаза на его прежние негоции и разрешают ей удалиться. То есть речь идет о почетной капитуляции, условия которой вполне могут обговариваться. Примерно подобный план предложил Николу его учитель Левон Тер-Петросян.
А если предложение сдаться на почетных условиях отвергается, вступает в силу принцип "горе побежденным", с "золотым мостом" уже никак не сообразующийся. В сжатой форме это выразил Суворов в послании измаильскому паше: "24 часа на размышление - воля. Первый выстрел уже неволя, штурм - смерть, что и оставляю вам на размышление".
Обладающие способностью к размышлению люди предпочитают не дожидаться первого выстрела, а не столь богато наделенные этой способностью решают дожидаться - и дожидаются.
Гагик Мкртчян, "Голос Армении"