Многие сейчас прикидывают, что бы случилось с нашим государством, если бы в дни войны и после Арменией руководил кто-нибудь другой, скажем, один из прежних президентов? Началась бы война, как проходила, чем завершилась, какими потерями? Или, наоборот, может быть, даже достижениями? Интересно, что в эти дни больше других упоминается имя Вазгена Саркисяна. Причем властные проходимцы стремятся использовать это имя в своих внутриполитических расчетах.
СЕГОДНЯ ВЕСЬМА АКТУАЛЬНО ЗВУЧАТ ТАКЖЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ Гарегина Нжде об исторических ошибках армян. Вот одно из них: "Неспособные защититься собственными силами народы обречены на смерть". Стоит прежде всего помнить о своей вине, прежде чем обвинять Россию, США, ЕС, даже Турцию и Азербайджан. Какая-либо страна - союзник или враг - не обязана руководствоваться армянскими государственными интересами, если мы сами этого не делаем.
То, что мы уже около года просто вымаливаем мир у врага и помощь у союзника, но не получаем ни того ни другого, прежде всего связано с наличием глубокого внутреннего кризиса. Не бывает так, чтобы все народы и страны были не правы, став для нас врагами или предателями, не осознавали бы совпадение наших и их интересов и действовали против нас. Надо найти тот поворот, разлом, начало, которые привели к обслуживанию на общенациональном и общегосударственном уровне антинациональной и антигосударственной политической повестки.
Один из величайших представителей литературы жанра абсурда, Альбер Камю, считал, что есть только один поистине важнейший философский вопрос - самоубийство. Если человек отвечает на вопрос касательно себя, т. е. решает, стоит или не стоит жить, он решает главный вопрос философии и своего существования.
Эту идеологию Камю можно спокойно распространить и на народы. Она определенно относится не только к людям, но и к обществам, нациям и государствам. Если общество приняло коллективное решение своим молчанием лишиться государства, точнее, никоим образом не противостоять крушению государства, выходит, оно сознательно идет к самоубийству, исчезновению и государства, и нации. Таким образом, общество фактически решает вопрос своего существования за счет небытия, и кто-либо не сможет это остановить.
ДРУГОЙ ФИЛОСОФ, ДАТЧАНИН С. КЬЕРКЕГОР, в качестве абсурда человеческого существования приводит библейское жертвоприношение Авраамом своего сына Исаака. Парадокс в том, что попытка убийства преподносится как священный ритуал, в результате чего Авраам спасает Исаака.
В нашем случае есть и условный Исаак, и жертвенник. Но этим убийством мы ничего не вернем. Наоборот, потеряем - и безвозвратно. В последний раз. Перспектива потери суверенного государства представляется отдаленным, туманным и невозможным сценарием. Между тем в последние десятилетия гораздо более мощные государства исчезли с географической карты.
В конце концов, номинальное существование государства никому не нужно. Сирия, Ливия, Йемен, Афганистан тоже вроде бы есть и даже являются членами ООН. Но в них центральная власть не контролирует всю территорию страны. Более того, там есть местные самопровозглашенные правительства, вооруженные группы, хунты, управляющие подконтрольной им частью земли.
После Геноцида армян Анатоль Франс говорил, что Армения умирает, но возродится, из моря крови родится новое героическое поколение. Теперь происходит обратное. Героическое поколение пролило кровь и погибло в войне. А перспектива возрождения Армении весьма туманна.
Давид Саркисян, "Голос Армении"