В чем смысл власти, если не в обеспечении безопасности, справедливости и процветания избравшего тебя общества? Может, в наслаждении благами, в изобилии премий, служебных машин, правительственных дач, помощников, роскошной жизни, дорогих командировок и других излишеств? Власть ведь развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Установленный сегодня в Армении режим – не что иное, как абсолютная власть одного человека без каких-либо противовесов и сдержек.
КОГДА ВЫСОКОПОСТАВЛЕННЫЕ ЧИНОВНИКИ, пренебрегая благами власти, говорят о серьезнейших проблемах системы управления и вынуждены бывают хлопнуть дверью и уйти, это означает, что государственная машина сломана, ее основы изношены. За последние три с половиной года, особенно за десять послевоенных месяцев, таких случаев было десятки. Но кого это волнует, когда самая главная и долгожданная отставка так и не происходит?
Представьте, что даже не в европейской, а в какой-либо латиноамериканской или азиатской стране высокопоставленные государственные чиновники, особенно ответственные за безопасность и внешнюю политику, выразили бы глубокую озабоченность и покинули свои посты, посылая общественности сигналы о надвигающихся бедствиях. А правительство не отреагировало бы на это, не представив ни объяснений, ни ответов, более того, не назвав причины их увольнения. Сложно представить, чтобы такая ситуация не привела к серьезнейшему внутриполитическому кризису.
Сегодня мало кто помнит, что в довоенной Армении, начиная с июля 2018 года, ряд высоких чиновников подал в отставку, при этом раскрыв коррупционные схемы и заявив о царящей во власти нездоровой атмосфере и неэффективном управлении. Это управляющий делами аппарата премьер-министра Геворк Ачемян, руководитель надзорного органа по охране окружающей среды и недрам Артур Григорян, председатель Комитета кадастра Сархат Петросян, председатель ВАК Смбат Гогян и многие другие.
В этом ряду, безусловно, особенно важна отставка двух ключевых должностных лиц, ответственных за результаты войны: министра обороны Давида Тонояна и министра иностранных дел Зограба Мнацаканяна. Причем Пашинян преподнес их уход как увольнение с должности, а они утверждали, что сами написали заявление. Господам экс-министрам, видимо, кажется, что отставка – проявление ответственности, тогда как ровно наоборот: однажды они ответят (желательно в суде) на все связанные с обстоятельствами войны вопросы.
Когда в сентябре 2019 года директор СНБ Артур Ванецян в своем известном тексте об отставке призвал остановиться, власть расценила это как политическое послание, в то время как речь шла о недопустимости нецелевого использования важнейшей силовой структуры.
Наконец, когда министр иностранных дел Ара Айвазян в мае этого года ушел в отставку, он также косвенно дал понять, что правительство собирается подписать противоречащий нашим государственным и национальным интересам документ. Пашинян поспешил освободить его от должности, настаивая, что волноваться, дескать, не о чем. Между тем, как скоро выяснилось, внешнеполитическое ведомство даже не проинформировали о подписании очередного антиармянского документа.
Примечательно, что каким-то чудом все эти люди, еще будучи в правящей команде, причислялись ГД-шниками чуть ли не к лику святых и были неуязвимы в любых своих действиях (свидетельством тому - флешмоб властной команды в поддержку Ванецяна после публикации записи известной прослушки Ванецяна-Хачатряна). Но когда эти же чиновники говорят о беззакониях премьер-министра и системы управления, их объявляют врагами или предателями. Ара Айвазяну, например, после отставки приписали затягивание возвращения пленных.
Самый же смешной аргумент защитников власти звучит так: "Кого бы ни назначил Пашинян, его предают". Может, предателя следует поискать в другом месте?
Давид Саркисян, "Голос Армении"