"Мы видим, что возникает совершенно новый дискурс касательно территориальной целостности уже Армении – дискурс, которого в прошлом просто-напросто не существовало", - отмечает в интервью "Голосу Армении" политолог Александр Маркаров.
- Давайте поговорим о проблеме безопасности – острейшей сегодня для Армении.
- Что у нас произошло с безопасностью? После подписания соглашения в ноябре 2020 года для Армении изменилась безопасностная концепция, сама безопасностная экосистема изменилась с различных точек зрения. В Карабахе и вокруг него она изменилась не просто географически, а системно – с точки зрения тех территорий, тех плюсов, которые мы имели в плане контроля над стратегически важными позициями, причем как в военном, так и политическом отношении. Теперь же ситуация иная.
Безопасностная составляющая принципиально изменилась после того, как премьер Пашинян поставил свою подпись под документом, который по своей сути завершил военный этап операции, но не завершил конфликт между Арцахом, Арменией и Азербайджаном, поставив новое многоточие в вопросах, связанных с Арцахом. Свидетельством тому являются продолжающиеся заявления как с армянской стороны, так и со стороны сопредседателей Минской группы ОБСЕ: они не видят завершения своей миссии.
- Тогда как Ильхам Алиев заявляет, что проблема Карабаха закрыта…
- Ну, азербайджанцы, несмотря на заявления, дескать, вопрос решен, сами прекрасно понимают, что это не так, поскольку они не контролируют полностью территорию. Для Азербайджана это именно вопрос территорий, а отнюдь не вопрос населения, проживающего на этой территории.
Другая безопасностная составляющая, изменившая соотношение сил, – это вхождение Турции на постсоветское пространство уже в рамках этого политического конфликта. Напомню, что Турция буквально на днях продлила свое присутствие в Азербайджане решением парламента еще на год. Для турок главное – не просто установить свое представительство, но и усилить его в контексте обсуждений, касающихся региональной повестки.
Третий фактор – изменившаяся роль России, которая из посредника в переговорном процессе превратилась в миротворца с непосредственным вовлечением в качестве силы (возможно, единственной), способствующей решению проблем, связанных, в частности, с физической безопасностью армянства в Арцахе. Это еще один аспект, который непосредственно показывает изменение безопасностного компонента для Арцаха. Потому что если до этого мы говорили, что гарантом безопасности населения Арцаха является как Армения, так и Армия обороны, то сейчас мы видим, что основным гарантом является именно российский миротворческий контингент, находящийся на острие армяно-азербайджанского противодействия.
- А как насчет нарушения Азербайджаном суверенных границ Республики Армения, вторжения на ее территорию, установления таможенных пунктов и т.д.? Это при том, что процесс демаркации даже на начался…
- Да, сегодня мы видим, что линия соприкосновения непосредственно примыкает к населенным пунктам Республики Армения, что привносит новые проблемы и вызовы безопасности, касающиеся близкого присутствия Азербайджана на армянских границах. Все это вместе составляет новый формат, новый контекст, в котором происходят военно-политические региональные процессы.
- Какие сегодня требуются неотложные решения, дабы не допустить наихудших сценариев?
- В первую очередь срочно, неотложно следует заняться проблемами, связанными с нашей внешней безопасностью и социально-экономической ситуацией внутри страны. С внешнеполитической точки зрения необходимы грамотные решения, касающиеся содержания переговорного процесса либо необходимости умелого затягивания для сохранения ситуации неопределенности.
А внутри Армении – принятие мер, направленных не только и не столько на борьбу с ковидом (мы привыкаем с ним жить), сколько на то, чтобы возрастающие экономические проблемы, инфляция и т.д., не вывели бы экономическую ситуацию из-под контроля.
Наша безопасностная составляющая, возможности позитивного реагирования с получением максимально желательного результат в последний год сильно уменьшились по сравнению с теми возможностями, которые у Армении существовали прежде. Мы видим, что возникает совершенно новый дискурс касательно территориальной целостности уже Армении – дискурс, которого в прошлом просто-напросто не существовало. На сегодняшний день вопрос в следующем: где та очередная красная линия, которую готовы перейти политические элиты с целью дальнейшего пребывания у власти?
Вы помните, в свое время речь шла о том, что на территории Армении не должно быть никаких КПП Азербайджана. Сегодня мы видим, что КПП устанавливаются. Эту линию власти уже перешли. Что дальше?
Зара Геворкян, "Голос Армении"