Еще свежо в памяти, как события в Казахстане в начале января текущего года застали врасплох ощутимую часть мирового сообщества, о чем свидетельствовали запоздавшие и невнятные оценки относительно случившегося со стороны целого ряда стран и наднациональных организаций. Даже спустя полгода на международных политических площадках и в экспертных кругах нет достаточного понимания и единодушия по поводу истинных причин и мотивов внутриполитического взрыва в этой среднеазиатской стране.
Новости Арцаха - https://yerkramas.org/tag/37467/novosti-Arcaxa
Новости Армении - https://yerkramas.org/tag/37462/novosti-Armenii
МОСКВА И ЕЕ БЛИЖАЙШИЕ СОЮЗНИКИ СКЛОННЫ СЧИТАТЬ, что казахстанские события были спровоцированы исключительно внешними факторами, а именно: западными спецслужбами для нарушения стабильности в подбрюшье РФ и создания условий для просачивания в регион террористических банд в преддверии военного столкновения России со странами НАТО на Украине. Западные же аналитики больше упоминали о накопившихся в Казахстане социальных проблемах, застойной политической системе, и о каких–то происках всесильного китайского капитала, стремящегося вытолкнуть из Средней Азии транснациональные американские и европейские компании.
Весьма показательно, что тогда в числе оцепеневших от неожиданности государств оказались и так называемые братья Казахстана по крови и исторической общности - члены Содружества тюркских государств. Но даже сейчас эти страны едва ли сформулировали внятное отношение к казахстанским событиям и случившимся там по их итогам преобразованиям. Очевидно, что казахстанские беспорядки, за сутки переросшие в боестолкновения между бесчинствующими бандами и правительственными силами, тогда не на шутку перепугали тюркские страны, каждая из которых в силу объективных и субъективных причин своим внутренним политическим устройством и общественно-политической ментальностью чем-то напоминает Казахстан.
Режимы в Киргизии, Туркменистане, Азербайджане и даже в Турции обуяла тревога из-за вероятности подготовки некими мировыми центрами силы казахстанской смуты как универсального лекала для последующей стимуляции дестабилизационных процессов в других тюркских государствах. Не случайно спустя всего два месяца после столкновений в Казахстане бессменный лидер Туркменистана (страны-наблюдателя в Организации тюркских государств) Гурбангулы Бердымухамедов вдруг в экстренном порядке передал номинальную должность главы государства своему сыну Сердару, который был избран новым президентом посредством фиктивных выборов 12 марта. Эта политическая "инновация" была произведена с посылом мировому сообществу и собственному народу о том, что Туркменистан якобы вступает на путь демократического прогресса и трогать его по примеру Казахстана никак не стоит.
Действия Ашхабада многие за рубежом сочли шуткой или издевательством над демократией, однако сама туркменская политическая элита искренне пожимала плечами, уверяя, что преждевременное сложение полномочий Бердымухамедовым в пользу сына - эпохальный шаг на пути либеральных политических преобразований в стране.
Тем не менее, казахстанский шок еще долго оставался бы в центре внимания мирового сообщества, если бы не события на Украине. Русско-украинская война оттенила все иные события на земном шаре, да и сам Казахстан за это время, воспользовавшись переключением внимания международного сообщества на куда более драматичные перипетии вокруг судьбы Незалежной, "ушел в себя" и пробует реорганизоваться в более гибкую политическую систему, намного более устойчивую к подобным взрывам. Вместе с Казахстаном и все остальное сообщество тюркских государств, казалось бы, спокойно вздохнуло, посчитав, что разговоры о "тюркской весне" – не более чем миф, о котором уже было все благополучно забыли. И вдруг – новый взрыв и образование нового очага нестабильности в Средней Азии.
На сей раз полыхнуло в Узбекистане - самой обособленной в регионе и самодостаточной в политическом плане стране. В сравнении с тюркскими странами Средней Азии Узбекистан всегда считался наиболее самостоятельным в вопросах выстраивания отношений с мировыми центрами силы и устойчивым в плане сохранения сильной вертикали власти. Еще насколько лет назад узбекские политические элиты без особых потрясений и стресса произвели прогрессивный с точки зрения тюркской ментальности шаг: избрали нового главу государства (Шавкат Мирзиёев) не по принципу кровного родства с предыдущим (Ислам Каримов), а по критериям идеологической и политической преемственности.
ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕ ВЛИЯТЕЛЬНЫЕ УЗБЕКСКИЕ политические кланы сочли для себя кандидатуру Мирзиёева наиболее компромиссной, что помогло республике избежать дестабилизации в условиях сложного региона и даже зафиксировать серьезный экономический рост. Вместе с тем у Узбекистана в наборе проблем числятся практически все те трудности, которые испытывают соседние и отдаленные тюркские страны. Это и сложное маневрирование между мировыми антагонистичными центрами силы, и засилье внешнего капитала, и энергетический и водный голод, и высокие показатели коррупции, и социальные трудности, и зашкаливающая угроза исламизации страны радикалами.
Потенциально любая из этих проблем отдельно или в комплексе с другими могла бы стать детонатором внутриполитического потрясения, но на сей раз сработала "классика" постсоветский геополитической дестабилизации: межнациональный вопрос. Каракалпакская проблема, унаследованная Узбекистаном еще с советских времен, опять дала о себе знать. Каракалпаки – тюркоязычное национальное меньшинство страны, которое нынче забурлило и вылилось на улицы столицы автономной республики города Нукус. Причиной стало инициирование поправок в конституцию страны о лишении автономной республики Каракалпакстан в составе Узбекистана суверенитета и отмене права голосования ее населения за отделение от Ташкента.
События в республике развиваются стремительно, и пока еще сложно разобраться, кто именно стоит за инициативой Ташкента, за сопротивлением этой инициативе в Нукусе и насколько замешаны внешние силы в нагнетании ситуации. Информация поступает противоречивая, однако уже ясно, что центральные узбекские власти, с одной стороны, пытаются демонстрировать терпимость и уступчивость в политическом диалоге с восставшими каракалпаками, но с другой - активно включают в дело силовиков, которые наверняка будут действовать предельно жестко, дабы не допустить столь же масштабных и кровопролитных столкновений, как то было в Казахстане.
Восстановить хотя бы приблизительно всю палитру нынешних событий в Узбекистане будет возможно только спустя некоторое время, посему воздержимся пока от скоропалительных выводов. Лишь отметим, что события разразились, как и в январском Казахстане, совершенно неожиданно, породив, как и в том случае, массу неподтвержденных версий относительно спонтанности или, наоборот, – специального провоцирования внутриполитической дестабилизации. Как и в январе, определенные силы как внутри Узбекистана, так и за его пределами уже пытаются наобум вплести происходящее в картину своего видения геополитических событий в регионе и мире. К примеру, Александр Лукашенко уже прямо заявил, что видит за узбекскими событиями вездесущую руку западного империализма.
И, наконец, как и во время казахстанских событий, тюркский мир оцепенел в тревожном ожидании. Ведь несмотря на то, что пока еще не определены истинные причины узбекской смуты, "братским государствам" - от Анкары до Бишкека - опять мерещится восставший из забытья ужасающий призрак "тюркской весны".
Богдан Атанесян, "Голос Армении"