Внутриполитическая ситуация в Армении обострилась: в последние дни правоохранительные органы провели обыски в домах оппозиционных деятелей, были зафиксированы задержания, а предприниматель и меценат, миллиардер Самвел Карапетян был арестован. Одновременно, близкие к властям СМИ распространили информацию о якобы готовящемся "перевороте", в котором фигурируют оппозиционные лидеры, Католикос Всех Армян, а также представители бывшей власти. Что на самом деле происходит в Армении за год до парламентских выборов? Являются ли действия властей элементом предвыборной стратегии или они указывают на подготовку к ключевым внешнеполитическим решениям — в частности, возможному подписанию мирного соглашения с Азербайджаном? И в каком состоянии находится оппозиция на этом фоне? На эти и другие вопросы в интервью VERELQ отвечает политический аналитик Акоп Бадалян.
– Господин Бадалян, как вы объясняете утренние обыски 25 июня, проведённые в домах оппозиционных активистов, а также последовавшие за этим задержания?
– Происходящее можно рассматривать в двух основных плоскостях. Первая — это предвыборная логика: премьер-министр Никол Пашинян стремится продемонстрировать, что контролирует политическое поле, формируя образ сильной власти за год до выборов и посылая сигнал своему электорату. Вторая — возможная подготовка к принятию важных внешнеполитических решений, связанных, в частности, с армяно-азербайджанским процессом, повесткой по разблокированию путей сообщения или подписанием мирного соглашения.
Такого рода решения могут вызвать общественное недовольство, и власть, вероятно, стремится заранее минимизировать риски и установить контроль над возможными очагами оппозиционного влияния — как в политическом, так и в гражданском сегменте.
Показателен и хронологический аспект: после визита Пашиняна в Турцию мы видим всплеск силовой активности внутри страны. Это позволяет предположить, что в Анкаре могли быть достигнуты договоренности, реализация которых потребует внутриполитической стабильности или, как минимум, подавления возможного сопротивления.
– Когда вы говорите о «внешнеполитических решениях», что имеете в виду? Речь идёт о возможном подписании мирного соглашения с Азербайджаном, новых уступках или о чём-то ином?
– В первую очередь, речь, конечно, идёт о подписании мирного договора, который власти хотят представить как итог реализации повестки «эры мира». Но очевидно, что за подписание такого соглашения будут выдвинуты определённые условия. И не только со стороны Азербайджана, но, возможно, и со стороны Турции.
Так, Анкара давно делает акцент на вопросе транспортных коридоров, в частности — на так называемом «Зангезурском коридоре». Вероятно, подписание соглашения будет поставлено в зависимость от выполнения Ереваном каких-либо обязательств именно по этому вопросу.
Таким образом, мы можем говорить о своеобразном обмене: согласие на мир в обмен на политические уступки. Это и обуславливает стремление властей обезопасить себя от возможной внутренней дестабилизации — как в виде уличного давления, так и через политические структуры.
– Накануне этих событий, проправительственные медиа опубликовали материалы о якобы планируемом государственном перевороте, сопровождая их графикой, где были указаны высокопоставленные лица — включая бывших президентов Кочаряна и Саргсяна, Католикоса и Самвела Карапетяна. Сам Карапетян был арестован за несколько дней до этого. Видите ли вы связь между этими событиями?
– Безусловно, все эти эпизоды следует рассматривать как часть одной общей стратегии. Это не разрозненные действия, а элементы системного пакета, в котором сочетаются как внутренние, так и внешнеполитические мотивации. Власть стремится создать контролируемую среду, где будет чётко выражен контраст между «ответственным центром» и хаотизированным «окружением». Такой фон позволяет легче управлять электоратом, внушая мысль о том, что альтернатива власти — это дестабилизация.
Добавлю, что борьба идёт не только во внутриполитической плоскости, но и на уровне внешних акторов и ресурсов. В этой же логике укладываются и атаки на Армянскую Апостольскую Церковь, которая также представляется власти как потенциальный фактор влияния, выходящий за пределы подконтрольного поля.
– Что в этих условиях делает оппозиция? В каком она состоянии за год до выборов? Почему мы не видим чёткой стратегии или эффективного ответа?
– К сожалению, оппозиция остаётся в том же состоянии, в каком находилась с 2018 года. Те силы, которые после революции оказались в роли главных оппонентов власти, в основном связаны с бывшим политическим режимом. Они так и не продемонстрировали ни готовности, ни желания к фундаментальной работе с обществом. Вместо этого они уповали на падение рейтинга власти, считая, что это автоматически вернёт им влияние.
Но они не работали над собственным усилением, не наращивали поддержку. В результате, оппозиция сегодня не обладает ни реальной легитимностью, ни устойчивым политическим предложением, ни — что особенно важно — готовностью взять на себя ответственность за ключевые внешнеполитические повестки, стоящие перед Арменией.
То есть — быть не просто критикующим голосом, а настоящей политической альтернативой.
ИАЦ «VERELQ»