В стране почти не осталось институциональных образований, которые могли бы представлять угрозу власти. Исключение составляют церковь и диаспора. Об этом заявил политолог Александр Искандарян, комментируя ситуацию вокруг предпринимателя и мецената Самвела Карапетяна.
По его словам, в восприятии властей влияние Карапетяна приобрело значительный масштаб. «Тень Бидзины Иванишвили как бы выросла за спиной Карапетяна — так это воспринимается армянским руководством. Если внутри страны почти вся государственная элита сменилась классическим "революционным" путем — исполнительная, законодательная, судебная власть, военная элита — то остаются субъекты, до которых дотянуться сложнее. Это прежде всего те, кто находится за пределами страны», — заявил Искандарян в эфире CivilNet.
По его словам, в отношении крупных бизнесменов, находящихся внутри Армении, у властей есть рычаги влияния. А вот предприниматели, чей капитал зарабатывается за рубежом, но расходуется в Армении, воспринимаются как более сложные и потенциально опасные фигуры. Именно поэтому ситуация с Карапетяном, по мнению политолога, не может не иметь политической составляющей.
Искандарян отметил, что опасения властей не являются надуманными. В условиях, когда все ключевые институты в стране находятся под контролем, но при этом наблюдается низкая социальная легитимность, ослабленная оппозиция и нарастающее недовольство в обществе, власть интуитивно насторожена к любой потенциальной угрозе.
«Это стандартная постреволюционная ситуация. Всё произошло постепенно, по классике. Как говорил Владимир Ильич: "Почта, телеграф, телефон". Сегодня — это законодательная, судебная власть, контроль над бизнесом. Мы помним, как брали суды — юристы сопротивлялись, но систему удалось сломать. На оппозицию власть не реагирует как на реальную угрозу, по крайней мере, в электоральном смысле», — пояснил политолог.
По его оценке, сегодня в стране почти не осталось институциональных образований, которые могли бы представлять угрозу власти. Исключение составляют церковь и диаспора. И если на Армянскую Апостольскую церковь ещё можно воздействовать, то диаспора — особенно богатая, влиятельная и находящаяся вне досягаемости армянского государства — представляет собой более сложный вызов.
«Повлиять на всю диаспору невозможно, но внимание концентрируется на отдельных её представителях, которые, по мнению властей, могут быть опасны. У них есть деньги, независимость, репутация, и главное — они находятся вне прямого контроля. Именно их и опасаются», — сказал Искандарян.
Он также подчеркнул, что нынешние власти хорошо чувствуют, где может возникнуть угроза, потому что когда-то сами шли этим путем.
«Они это уже делали однажды. Поэтому понимают, что новая угроза может прийти оттуда же — снаружи системы», — заключил политолог.
Подготовила Нана Ваграмян
ИАЦ «VERELQ»