Пашинян недавно заявил, что Армения не сможет одновременно быть и в Евразийском экономическом союзе, и в Европейском союзе. По его словам, когда наступит момент неизбежности выбора, страна примет соответствующее решение, исходя из воли народа и анализа ситуации. Но если мы посмотрим не на красивые политические формулировки, а на реальные цифры и факты, то станет очевидно: у Армении нет реального выбора. Экономика, логистика и социальная жизнь уже давно привязаны к ЕАЭС и прежде всего к России. И это видно буквально в каждом показателе.
В 2024 году общий товарооборот Армении с Россией составил около $12 млрд. Это рекорд, который в несколько раз превышает всю торговлю Армении с Европейским союзом. С ЕС за тот же год оборот составил всего $2,3–2,7 млрд, то есть почти в пять раз меньше. Доля ЕС в армянском экспорте — всего 4,7%, тогда как только Россия принимает армянских товаров больше, чем весь Европейский союз вместе. Импорт также показывает пропасть: из России Армения ввезла продукции на $9,2 млрд, из ЕС — примерно на 2 млрд. Эти цифры наглядно показывают: евразийское направление — это реальный рынок, а европейское — пока символ и отдалённая перспектива.
Не менее важен фактор денежных переводов, без которых армянская экономика попросту не может существовать. По официальным данным, через банковскую систему в Армению в 2024 году поступило около $5,8 млрд, из которых «чистый приток» составил 1,5 млрд. Но самое важное — это структура этих переводов. Львиная доля поступлений идёт из России: за первые 11 месяцев 2024 года они составили около $3,2 млрд. Эти деньги эквивалентны почти четверти всего внутреннего спроса, они поддерживают десятки тысяч семей и позволяют малому бизнесу выживать. ЕС в этом плане не даёт Армении ничего сопоставимого.
Энергетика — ещё один ключевой пример. Армения получает российский газ по фиксированной цене $165 за тысячу кубометров. Это вдвое дешевле, чем средняя цена на европейском рынке в 2024 году, где газ доходил до 350–400 долларов. Разница говорит сама за себя: без российского газа тарифы на отопление и электричество в Армении выросли бы в разы, ударив по каждому домохозяйству и всей промышленности.
Если говорить о масштабах рынков, то ЕАЭС — это более 180 миллионов потребителей, единые правила торговли и отсутствие таможенных барьеров. Это означает, что армянские товары свободно заходят на огромный рынок, где нет дополнительных пошлин и сложных процедур. ЕС же требует не только масштабных реформ в экономике и политике, но и сталкивает Армению с чисто географическим барьером: у страны нет общей границы с ЕС. Это значит, что любой экспорт в Европу автоматически дороже, чем у стран, которые имеют сухопутный выход, например у Румынии или Болгарии. В условиях, когда армянские товары и так конкурируют с трудом, эта разница делает европейское направление невыгодным на практике.
Таким образом, цифры и факты сами говорят за себя. На сегодняшний день Россия и ЕАЭС обеспечивают Армению всем необходимым: от рабочих мест для сотен тысяч мигрантов и миллиардов долларов переводов до дешёвого газа и огромного рынка сбыта. ЕС же остаётся в основном политической перспективой и красивым лозунгом, за которым нет ни сопоставимых экономических выгод, ни реальной логистической базы.
Вывод прост и однозначен: сравнивать ЕАЭС и ЕС в случае Армении бессмысленно. Одновременное членство невозможно, а значит, разговоры о «выборе» — это скорее элемент политической игры. Реальной дилеммы нет, потому что интересы Армении уже определены самой структурой её экономики. На стороне ЕАЭС — рынок, деньги, энергия и реальные связи. На стороне ЕС — лишь отдалённая перспектива и труднодостижимые стандарты.
На ближайшие годы у Армении нет никакого выбора: всё, что обеспечивает жизнь и развитие страны, находится в евразийском пространстве.
Арман Гукасян, эксклюзивно для ТГ-канала "ВнешнийВраг"