Первый официальный День памяти и поклонения павшим во имя Отечества в Армении сразу обнажил болезненный разлом — между властью и обществом, между формальной государственной ритуальностью и личной трагедией тысяч семей. Военный пантеон «Ераблур» 27 января стал не только местом скорби, но и пространством скрытого, а местами и открытого конфликта.
27 января, официально утвержденный в этом году как День памяти и поклонения павшим во имя Отечества, в Армении прошел без громких речей и публичных церемоний. Центральным местом событий стал военный пантеон «Ераблур», куда под усиленным контролем службы безопасности прибыла государственная делегация во главе с премьер-министром Николом Пашиняном.
Однако сам формат памятных мероприятий вызвал больше вопросов, чем ответов. Журналисты оказались за ограничительной линией: им было запрещено приближаться к должностным лицам, а официальная церемония оказалась фактически вне поля зрения СМИ. Доступ к мемориалам на время визита был перекрыт и для граждан.
Центральный мемориал как символ
Государственная делегация возложила цветы у центрального мемориала пантеона и склонила головы в память о погибших. На вопрос журналистов о том, почему представители власти не подошли к памятнику «Зов Арцаха», заместитель министра обороны Армении Арман Саркисян пояснил: делегация прибыла в Ераблур именно по случаю Дня памяти павших за Родину, а подойти ко всем памятникам физически невозможно.
«В Ераблуре есть мемориал, который олицетворяет общий смысл пантеона. Именно перед ним мы и склонили головы», — отметил Саркисян.
Он напомнил, что дата 27 января была выбрана в ходе парламентских обсуждений. Рассматривались разные варианты, однако большинство депутатов сочло приемлемым именно этот день — накануне Дня Армянской армии. При этом, подчеркнул замминистра, установленный день памяти не привязан к годовщине конкретной войны.
«Республика Армения и армянский народ на протяжении своей истории прошли через множество войн. Установленный день памяти носит общенациональный характер и не связан с каким-либо отдельным военным конфликтом», — заявил он.
Родители погибших: свой взгляд на дату памяти
Самым острым и эмоциональным элементом этого дня стало присутствие в Ераблуре родителей солдат, погибших в 44-дневной войне 2020 года. Их появление превратило формально мемориальное мероприятие в политически и морально напряженную ситуацию, где столкнулись два понимания памяти — пашиняновское и национальное.
Родители солдат, погибших в 44-дневной войне 2020 года, собрались с целью не допустить представителей власти во главе с премьер-министром Николом Пашиняном к могилам своих сыновей. Об этом журналистам сообщил Виген Азатян, отец солдата-срочника Армана Азатяна, погибшего в 2020 году в Варанде (Физули). По его словам, родители не понимают, почему День памяти назначен именно на 27 января.
«Для нас каждый день — день памяти. Но я против даты 27 января. Почему не утверждают 27 сентября? Азербайджан не позволяет?» — заявил Азатян.
27 сентября, напомним, — день начала агрессии Азербайджана против Нагорного Карабаха. Именно эту дату родители погибших считают логичной и символически точной. Азатян также отметил, что ни премьер-министр Никол Пашинян, ни президент Ваагн Хачатурян к собравшимся в пантеоне родителям не подошли.
Безопасность как доминанта
Контуры конфликта особенно отчетливо проявились в беспрецедентных мерах безопасности, которые фактически изолировали власть от общества в день, призванный объединять.
Повышенные меры безопасности стали одной из самых заметных черт этого дня. На территории военного пантеона 27 января были размещены снайперы, обеспечивавшие охрану премьер-министра. NEWS.am опубликовали эксклюзивные кадры того, как они занимают позиции на возвышенностях вокруг Ераблура.
Никол Пашинян возложил цветы в окружении большого числа сотрудников службы безопасности. Такие меры, по словам официальных лиц, объясняются необходимостью предотвратить возможные инциденты. В прошлом во время аналогичных мероприятий уже фиксировались эмоциональные реакции родственников погибших военнослужащих на прибытие высокопоставленных должностных лиц.
Атмосфера недоверия
Тема безопасности и недоверия выходит далеко за пределы одного дня и одного пантеона. Газета «Грапарак» пишет, что после войны страхи Никола Пашиняна не только не уменьшились, но, напротив, усиливаются с каждым днем.
Издание отмечает, что для передвижения премьер-министра используется не только целое полицейское войско, но и сотрудники Службы национальной безопасности. Усиленная охрана сопровождает даже закрытые встречи с членами собственной команды. По информации газеты, на таких встречах у участников собирают мобильные телефоны.
«Например, у всех собирают телефоны. Однако оказывается, что не только Пашинян не доверяет команде, но и команда ему не доверяет. Мы узнали от членов Правительства о том, что в какой-то момент им было сказано, что члены кабмина должны приходить на заседания Правительства без мобильных телефонов», — пишет «Грапарак».
Телефоны участников заседаний, по данным издания, помещают в специальные запирающиеся ящики у входа в здание кабинета министров — похожие на те, что используются в супермаркетах. Однако, как признаются собеседники газеты, многие предпочитают оставлять телефоны в автомобилях, опасаясь возможной прослушки или расшифровки данных.
«Наш собеседник признался, что они боятся, что за это время их телефоны могут прослушать или расшифровать. Никто не забывает случай с Овиком Агазаряном, и никто не надеется на честность премьер-министра», — отмечает издание.
День памяти как зеркало общества
27 января в Ераблуре показал: память о войне в Армении остается не просто историческим или моральным вопросом, а зоной острого общественного противостояния. Выбор даты, формат церемонии, физическая дистанция между властью и родителями погибших, усиленные кордоны и снайперы — все это сложилось в единую картину глубокого кризиса доверия.
Первый в новейшей истории Армении День памяти погибших за Родину не стал точкой общественного консенсуса. Напротив, он подчеркнул, насколько по-разному в стране понимают цену войны, ответственность за нее и право говорить от имени павших. Разные представления о дате, формате и смысле этого дня, усиленные меры безопасности и закрытость власти формируют атмосферу напряжения и взаимного недоверия.
Ераблур 27 января стал не только местом скорби, но и зеркалом тех процессов, которые сегодня определяют общественное и политическое настроение страны.
ИЦ «ЕРКРАМАС»