«Аристократизм есть явление личности, не согласной на смешение, на конформизм, на рабство у бескачественного мира». Эти слова Николая Александровича Бердяева невольно приходят на ум, когда читаешь сообщение о визите Анны Акопян – экс-супруги премьер-министра Никола Пашиняна – в мастерскую скульптора Левона Токмаджяна.
«Исполнительный директор благотворительного фонда «Мой шаг» Анна Акопян посетила мастерскую народного художника Республики Армения, скульптора Левона Токмаджяна. Скульптор некоторое время назад уже изобразил Анну Акопян, основываясь на заочных впечатлениях, однако после личного общения и знакомства выразил желание вновь написать ее портрет непосредственно в творческой атмосфере своей мастерской. С этой целью Анна Акопян выступила в роли натурщицы», — говорится в сообщении пресс-службы Фонда.
Народного художника, уже изваявшего образ супруги премьера «заочно», вдруг озарило, что без личного контакта масштаб ее личности не уловить. Согласитесь, что контраст между бердяевским определением аристократизма и достоинства и реальностью армянской культурной элиты слишком разителен.
Будь это частный случай, новость эта, пожалуй, не привлекла бы особого внимания. Увы. В армянской культурной среде давно укоренилась традиция, которая переживет любые революции, любые смены строя. Речь об удивительной гибкости позвоночника многих представителей отечественной творческой интеллигенции – тех, кого принято называть «цветом нации». Так что проблема здесь не в самой экс-супруге. Проблема в хроническом диагнозе части (и немалой) армянской интеллигенции – сервильности, то бишь подхалимаже, в основе которого – стремление к номенклатурному признанию: от желания получить орден Святого Месропа Маштоца и видеть первых лиц государства на своем юбилее до надежды на посмертное увековечивание в пантеоне им. Комитаса.
Самое, пожалуй, удивительное – это феноменальная скорость, с которой отечественные мэтры отрекаются от тех, кому поклонялись вчера, и с тем же истовым рвением начинают служить уже новым властям. Выстраиваются в очередь на поклон в безудержном порыве быть «ближе к телу». Так было всегда. Так было и в 2018-м, когда десятки широко известных деятелей культуры, которые годами кормились из рук Роберта Кочаряна, а затем Сержа Саргсяна, в одночасье заделались пламенными революционерами.
Примеров множество, но называть конкретные имена не вижу смысла, они и так у всех на слуху. Проблема, на самом деле, в том, что подобная позиция интеллигенции – это ведь не только и даже не столько личный выбор отдельно взятого скульптора, певца, художника, писателя… Проблема в том, что это явление развращает само общество. Ведь когда люди видят, что «цвет нации» торгует своим именем и талантом, у них смещаются нравственные ориентиры. Приспособленчество, конформизм элиты по сути легализует цинизм. Если «цвету нации» позволительно менять принципы ради мастерской или гранта, то почему обычный человек должен держаться за мораль? В итоге мы получаем общество, где предательство называют «прагматизмом», а холуйство перед властью – проявлением «государственного мышления». Помните, после трагедии 2020 года и последующей потери Арцаха, ставшей следствием бездарной (а может предательской) политики правительства Пашиняна, многие известные представители творческой интеллигенции, руководители творческих союзов предпочли тактику глухого молчания – в обмен на бюджетные дотации и возможность быть у кормушки.
Ну а напоследок – всё тот же Бердяев: «Конформизм, который есть форма рабства, всегда пользуется теми или иными соблазнами и инстинктами человека, теми или иными порабощениями у собственного «я»».
Микаел Барсегян, "Новое время"