Экс-начальник Генштаба ВС Армении Оник Гаспарян редко балует публику своими появлениями, комментариями происходящего или заявлениями, постоянно избегая к тому же четких оценок. Да и публику мнение бывшего высокопоставленного военного относительно текущих проблем не особо интересует, поскольку его имя тесно связано с 44-дневной войной и ассоциируется прежде всего с причинами поражения. А еще – с бункером, в котором, согласно ни разу и никем не опровергнутым сведениям, он прятал Никола сразу после позорного окончания войны.
И ВОТ ПЯТЬ С ПОЛОВИНОЙ ЛЕТ ХРАНИВШИЙ ГРОБОВОЕ МОЛЧАНИЕ ОТНОСИТЕЛЬНО ПРОИЗОШЕДШЕГО ЧЕРНОЙ ОСЕНЬЮ 2020-го генерал-полковник вдруг решил заговорить. Впрочем, слово вдруг тут чисто условное, потому как заявление Гаспаряна последовало спустя всего два дня после нашумевшего выступления в парламенте главы фракции «Айастан» и бывшего министра обороны. Сейран Оганян убедительно и аргументированно обвинил командование ВС РА и лично «Верховного главнокомандующего» Пашиняна в провале обороны одного из участков фронта в ходе 44-дневной.
По словам экс-министра, ответственность за южное направление несла не Армия обороны Арцаха, а Генштаб Вооруженных сил Армении во главе с Гаспаряном, решения которого утверждались лично Пашиняном. И именно на этом участке агрессор «за счет халатности военно-политического руководства Армении» прорвал оборону и дошел до Шуши, в то время как на остальных участках враг встретил ожесточенное сопротивление и понес огромные потери, не добившись при этом значительного продвижения.
По сути дела, Сейран Оганян обвинил Оника Гаспаряна и Никола Пашиняна в провале линии обороны, оказавшемся, возможно, решающим для исхода всей войны. Обвинение, что и говорить, весьма серьезное. И именно в этот момент Гаспарян решил, что «пришло время взглянуть правде в глаза и пресечь распространение лжи и необоснованных спекуляций».
В опубликованном 19 апреля заявлении экс-глава ГШ утверждает, что он все это время воздерживался от публичных разъяснений, поскольку «отдавал приоритет национальным и государственным интересам». Однако сейчас, когда «некоторые лица распространяют ложные сведения о войне и послевоенных событиях», спекулируя на его личности, Гаспарян предлагает организовать закрытое обсуждение в парламенте, обещая «детальный и всесторонне аргументированный анализ в части, касающейся Вооружённых сил».
То есть, один из ответственных за историческую катастрофу армянского народа, человек, укрывший и защитивший главного виновника сдачи Арцаха, почти 6 лет юлил, отнекивался, отмалчивался, обходился намеками и уходил от прямых ответов на важнейшие вопросы, отсиживался в сторонке, когда происходили судьбоносные для государства и нации события, не издавая ни звука…
А СЕЙЧАС РЕШИЛ, ЧТО «ПРИШЛО ВРЕМЯ ВЗГЛЯНУТЬ ПРАВДЕ В ГЛАЗА». Не потому ли, что Николу, после обвинений Оганяна, опять срочно нужен гаспаряновский «бункер», куда можно «спрятать» все связанное с государственной изменой и предательством Родины? При этом Оник Гаспарян почему-то считает, что люди поверят его «анализу», как и в то, что он все прошедшее после войны тяжелейшее для народа время руководствовался, видите ли, «национальными интересами».
Генерал, которому не хватило смелости и воли в решающие для армии дни противостоять некомпетентным и антиармянским решениям «Верховного главнокомандующего». Генерал, которому не хватило смелости и воли пойти до конца после знаменитого заявления генералитета ВС от 25 февраля 2021 года с требованием отставки Пашиняна.
Время показало, что многие из подписантов этого заявления в итоге оказались на службе (точнее, на побегушках) у того, отставки которого они требовали. Но если бы именно глава Генштаба тогда проявил твердость и решительность, взяв на себя историческую ответственность за происходящее, ситуация в Армении и Арцахе, вполне возможно, была бы сегодня как минимум не столь бедственной.
Не станем гадать, насколько в историю с тем февральским заявлением были вовлечены внешние игроки, но одно можно сказать с точностью: генерал Гаспарян и в 2021-м, и все последовавшие годы отдавал предпочтение личным интересам в ущерб национальным. Боялся ли он компромата, связанного с довоенной работой в ГШ, истины о собственной роли в поражении в войне или открыто сказанной правды о «бункере» — не суть важно. Важнее, что страх перед тюремной камерой оказался сильнее чувства долга, офицерской чести и воинской присяги.
И любые откровения, да еще и в ходе «закрытых обсуждений», где подавляющее большинство составят (в случае их проведения, конечно) подельники Пашиняна, даже если будут соответствовать истине, общество воспримет как попытку запоздалых оправданий и тщетные усилия обелить свое имя. Не получится. Потому что речь идет не о случайных ординарных ошибках и просчетах, которые может допустить каждый – в том числе начальник Генштаба.
ПРОСТО СЛИШКОЙ ВЕЛИКА ОКАЗАЛАСЬ ЦЕНА ЭТИХ «ОШИБОК» – потеря Родины, несколько тысяч погибших армянских воинов и реальная угроза потери государственности. А еще потому, что когда «ошибки» носят продолжительный и последовательный характер, то становятся уже осознанным выбором, за который рано или поздно придется держать ответ.
Тема армянского генералитета, не только не сумевшего предотвратить масштабную катастрофу, не только не выказавшего тех качеств, которых ждал от его лучших представителей народ, но и трусливо и покорно перешедшего на службу оккупационному режиму предателей, безусловно, требует отдельного разговора. В данном случае ограничимся лишь констатацией давно не подлежащего сомнению факта: Оник Гаспарян, с которым очень многие связывали надежды в дни 44-дневной войны, сделал совсем не тот выбор, который от него ждали.
Это не был тот выбор, который сделали находящиеся сегодня в азербайджанском плену армянские генералы Левон Мнацаканян и Давид Манукян, а также Микаэл Амбарцумян и Тиран Хачатрян, отсидевшие срок за решеткой в Армении. 10 ноября Гаспарян выбрал то, от чего не отмоется никогда. Выбор, в соответствии с которым он вынужден всю жизнь по первому требованию Никола обеспечивать ему «бункер».
Марина Григорян, "Голос Армении"