Пока правительство Пашиняна продолжает кормить армянское общество мантрами о грядущей «эпохе мира» и вымаливать у соседних диктатур клочок бумаги под названием «мирный договор», в регионе происходят тектонические сдвиги. Внутренняя стабильность Азербайджана дала серьезную трещину из-за так называемых «хиджабных протестов». И этот, казалось бы, сугубо внутриазербайджанский социальный кризис несет прямую и экзистенциальную угрозу для Армении. История показывает, что когда бакинскому режиму грозит внутренняя дестабилизация, он спасается экспортом агрессии. А политическая близорукость и готовность к постоянным уступкам со стороны нынешнего руководства Армении лишь облегчают Алиеву эту задачу. Чтобы понять, где именно расставлен капкан для армянской государственности, необходимо разобраться в природе процессов, сотрясающих сегодня Азербайджан.
Анатомия бакинского бунта: страх режима перед религией
Поводом для массовых волнений в соседнем государстве стали законодательные изменения об образовании, принятые в июле этого года и вступившие в силу в конце сентября. Согласно нововведениям, ношение новой униформы в государственных школах стало обязательным, что фактически лишило верующих школьниц и учительниц возможности носить платок (хиджаб), предписанный Кораном.
Как отмечает иранист Вардан Восканян, реакция общества на запрет хиджаба стала беспрецедентной по своим масштабам за последние годы. Эксперт обращает внимание на то, что протесты против бакинского варварского режима носили организованный, но децентрализованный характер. Это серьезно осложнило работу репрессивного аппарата страны.
Особую тревогу у бакинских властей, по оценке Восканяна, вызвал состав протестующих: на улицах преобладали дети, подростки и молодежь, к которым присоединялись родственники. Жестко разгонять такие акции силовикам крайне сложно. Для координации массово использовались Instagram и TikTok, из-за чего режим был вынужден заблокировать эти социальные сети на территории страны.
Иранист подчеркивает фундаментальную деталь: в ходе протестов активизировалась шиитская оппозиция, десятилетиями находившаяся под прессом, но сохранившая потенциал. На улицах звучала мусульманская формула свидетельства веры — «Нет бога, кроме Бога». По мнению Восканяна, это завуалированный, пока еще только зарождающийся призыв к свержению «неверующего» режима, идущего против Бога. Примечательно, что эти события активно освещались в негосударственных медиа Турции и государственных СМИ Ирана.
Бакинская пропаганда пытается представить запрет хиджаба как социальный проект, стирающий разницу между бедными и богатыми. Однако тюрколог Варужан Гегамян развенчивает этот миф, указывая на истинные мотивы семьи Алиевых.
Азербайджан — светское государство, где подавляющее большинство населения исповедует ислам (около 60% — шииты, число суннитов в последние годы растет под влиянием Турции). По словам Гегамяна, правящий режим воспринимает ислам двояко: и как угрозу, и как инструмент. Этнически неоднородное общество, состоящее не только из тюрков (сами Алиевы имеют курдское происхождение), скрепляется именно религиозным компонентом. Ираноязычный талыш и тюрк сосуществуют в одном государстве благодаря самоидентификации как единых шиитов.
В то же время, как подчеркивает тюрколог, ислам остается главной угрозой для стабильности бакинской власти. Значительная часть населения не верит в искусственную государственную идеологию «азербайджанства» или «гейдаризма». В условиях перманентного экономического кризиса именно религия становится главным источником социальной мобилизации, а верующие мусульмане — потенциальным инструментом в руках соседних Ирана и Турции. Власти пытаются низвести ислам до уровня простого культурного феномена (изобретя термин «традиционный ислам»), но любые ограничения веры воспринимаются обществом крайне остро.
Призраки 2020 года и ответственность официального Еревана
Казалось бы, при чем здесь Армения? Ответ кроется в механизмах выживания алиевской диктатуры.
Политолог Бениамин Матевосян напоминает, что протесты изначально вспыхнули в Турции и лишь затем перекинулись на Азербайджан, где правоохранители арестовали более 30 человек за конфликты с работниками школ и блокирование транспорта. Эксперт проводит прямую и пугающую параллель с событиями недавнего прошлого.
У Матевосяна складывается стойкое впечатление, что Азербайджан сегодня, как и в 2020 году, целенаправленно подталкивают к войне. Политолог напоминает: тогда Реджепу Эрдогану была жизненно необходима война против Арцаха, нужен был «фитиль», подожженный изнутри. Турция активизировалась внутри Азербайджана, граждане штурмовали Меджлис, демонстрируя Ильхаму Алиеву простую альтернативу — либо война, либо потеря власти.
Как справедливо указывает Матевосян, поводом для агрессии 2020 года стали не только внутренние процессы в Баку, но и откровенные свистопляски Пашиняна вокруг переговорного процесса, а также июльские столкновения, пафосно названные главой армянского кабмина «Новым Сардарапатом». Пашинян тогда наивно заявлял о готовности вступить в диалог с азербайджанским обществом, параллельно давая врагу идеальный дипломатический повод для нападения. Сегодня, по оценке Матевосяна, Турции нужна новая эскалация, на сей раз против Ирана, чтобы отсрочить столкновение с Израилем. И азербайджанцы вновь должны сыграть роль пушечного мяса.
Капкан для Армении: когда два хищника ссорятся
События вокруг хиджаба вызвали напряженность между протурецким Баку и исламскими кругами самой Турции. В армянском околоправительственном сегменте этот факт немедленно попытались преподнести как шанс для Еревана сыграть на противоречиях союзников.
Тюрколог Варужан Гегамян призывает не питать иллюзий: разногласия Анкары и Баку носят исключительно тактический характер. В стратегическом плане концепция «одна нация, два государства» работает, их цель — формирование единого тюркского пояса на Кавказе.
Еще более жестко эту позицию формулирует политический обозреватель Акоп Бадалян. Он отмечает, что элиты Азербайджана и Турции действительно могут враждовать из-за собственных интересов, а сказки о вечном братстве смехотворны даже для их народов, не имеющих глубинной родственной общности. Однако надежды Армении извлечь из этого выгоду сильно преувеличены.
Бадалян подчеркивает: в ситуации с Анкарой и Баку поговорка «две собаки дерутся, а выигрывает путник» не работает. Причина проста — «путник» (Армения) находится прямо между ними. Любое неосторожное движение может привести к тому, что дерущиеся бросят свою свару и набросятся на путника. Политический обозреватель задает критический вопрос: не является ли публичная драка соседей намеренной операцией, цель которой — парализовать любые действия со стороны Армении, исключить любые ее движения в тот момент, когда вокруг страны сжимается кольцо?
Смертельный экспорт недовольства
Главный итог происходящего в Азербайджане, который в упор не желает замечать правительство Пашиняна, формулирует Варужан Гегамян. Социальный кризис в соседней стране после 2020 года не исчез, а углубился. Формула государственной пропаганды «заберем Карабах и заживем хорошо» провалилась. Карабах захвачен, но рядовой азербайджанец не получил благополучия, недовольство общества удваивается.
Репрессивная машина Алиева, безусловно, попытается подавить протесты. Но погасить общественное недовольство режим сможет только одним проверенным способом — перенаправив гнев толпы на новую внешнюю цель. И этой целью, по убеждению тюрколога, станет усиление антиармянского концепта «Западного Азербайджана» с созданием механизмов для его практической реализации.
Вывод экспертов звучит как приговор текущей политике официального Еревана: ни о каком реальном мире речи идти не может. Пока Никол Пашинян и его команда продолжают демонтировать армянскую армию, сдавать стратегические высоты и убеждать народ в спасительной силе уступок, Алиев, спасая свою власть от внутреннего шиитского взрыва, готовит новую войну. И мишенью в этой войне уже будет сама Республика Армения.
ИЦ «ЕРКРАМАС»
