Как летит время: лет десять назад Путин был без очков, а сейчас вот стоит напротив, линзами отсвечивает, глазами добрыми сверлит. Не буду льстить, но в очках он даже солиднее обычного.
— А вот скажите, — спрашиваю, чтобы не тянуть резину, — отчего людям стало как-то скучно жить?
Улыбается застенчиво — ну чистое дитя этот Путин. И быстро чеканит тираду в ответ. Я понимаю, что ничего не понимаю. По-русски ли он вообще?
Но чей-то голос тут же переводит:
— Путин сказал, все люди разные, одним скучно, другим весело. Был, мол, у них такой водитель автобуса — одни звали его Блоха, другие Пи-бип (потому что сигнал у него никогда не работал и он вместо него всегда сам кричал «пи-би-и-ип»). А гаишник остановит: «Правила нарушаем, ай, Блоха», — он того сам начинает отчитывать: «Какой я тебе Блоха, я Пи-бип!» Щеки надует, распалится… Такому разве жить скучно?
Ну спорить с Путиным — замучаешься пыль глотать, так что соглашаюсь.
— Точно, — говорю, — с такими, как этот ваш Пи-бип, нас и третьей волной кризиса не перешибешь. Да и потом, — говорю, — в наше время, если ты не «пи-бип», не будет тебе удачи ни в политике, ни в чем.
Линзы Путина зыркнули ободряюще… Вай ме, я, кажется, забыл объяснить. Встретились мы с ним теперь в Ереване, когда тут проходили Дни русского слова в Армении. Путину 14, он восьмиклассник обычной армянской школы. Там же учатся и Жак, и Ширак — его братья-пятиклассники. Когда-то «Комсомолка» писала про них — тогда родители Вартан и Аня Оганян жили с детьми в селе у озера Севан. А теперь переехали.
Почему все же парнишка — Путин? Ну это просто: все знают, что в Армении любят давать детям имена звучные. Встречались тут и Рузвельт, и Пушкин, и Наполеон. Почему ж не назвать детей Жак и Ширак? Что же касается Путина — вообще-то имя ему дали Торник. Но соседи и родные наперебой стали уверять, что мальчик — вылитый Путин. Отец собрался даже поменять имя, но как-то руки не дошли. Какая разница, что в бумажках написано, — все равно сына все Путиным зовут.
Собственно, оттого и загвоздка с языком — шпарит Путин по-русски не так бойко, как его российский тезка. Зато пониманием выделяется среди одноклассников, уверяет его директор Людмила Маркарян.
С директорами школ, с «учителями-русистами» (так их тут называют) за эту Неделю русского слова вообще-то пришлось общаться не раз. Ученики старательно представляли — школа за школой — композиции на забытую тему дружбы народов, отчего сентиментальные зрители могли бы и прослезиться. Учителя смотрели на нас нежно и, отводя в сторонку, шептали: может, Россия поможет с новыми учебниками и методическими пособиями? Что им ответить — что редкого чиновника в наше время тронут «исторические перспективы», если они не чреваты откатами? И мы, разумеется, заверяли: отчего ж не помочь, когда все так очевидно — назови это геополитическим интересом или здравым смыслом.
Вай, да и что там думать о плохом, когда тут, в Ереване, воду из крана пьют — такая чистая! И горы акварельные.
…А таксист Хачик со своим знанием русского и двумя высшими образованиями — все о своем: чуть не всё российский бизнес скупил — а заводы еще больше позакрывались, работы совсем нет, как так? Путину тоже эти проблемы знакомы. Родителей вот волнует, чтобы они с Жаком и Шираком выучились: «Богатым-то что — хоть все места в вузах своим детям скупят»… Это нам и без перевода понятно. Так что я опять к Путину: «Значит, все-таки хотите стать президентом?»
Путин — пулей в ответ: «Я вам скажу русским языком, важнее всего для меня — стать хорошим человеком».
Ну это вопросу моему не противоречит: какой президент не хочет казаться хорошим для всех?
***
Жак Оганян мечтает о театре (ходит в студию). Ширак Оганян хочет стать боксером (никому не дает спуску). Путин Оганян ходит в авиашколу и собирает модели летающих самолетиков. В бадминтон не играл — зато с одноклассниками шахматы смастерил.
Три брата старательно учат русский (без него, говорят, не найти работу поприличнее) и мечтают о жизни в счастливой стране Армении вместе с братской счастливой страной Россией. И почему бы им не помечтать? Да и нам, напомню, мечтать о чем-то лучшем совсем не вредно.
БАЙКА НАПОСЛЕДОК ОТ ВАРТАНА, ОТЦА ПУТИНА:
«В районе Мартуни живут люди такие, чудики, абаранци. Все говорят вечно только о них — настолько странные вещи они вытворяют. Один человек как-то решил: чем я хуже, сделаю тоже что-нибудь странное — тоже прославлюсь. Построил мост посреди пастбища, где ни речки, ни пруда. Утром идет, ну, думает, теперь про абаранци все забудут… Подходит, а они уже на мосту с удочками — рыбу ловить уселись».
P.S. Спасибо представительству Россотрудничества в Армении за помощь в организации поездки.
Игорь ВИРАБОВ, http://kp.ru
