Как известно, армянское традиционное (или, как его называют, народное) инструментальное исполнительское искусство имеет исчисляемую тысячелетиями беспрерывную богатейшую историю, являясь во все времена одним из характерных атрибутов повседневной жизни армян. Об этом свидетельствуют археологические находки, относящиеся к различным эпохам исторической Армении (языческой, христианской), не только "ископаемые" музыкальные инструменты, но и изображения инструменталистов на ритонах (древних костяных, глиняных, металлических питьевых сосудах в виде рога, обычно предназначенных для вина), чашах, вазах, кубках, древнейший из которых - серебряный "карашамбский" кубок - датируется II тысячелетием до н.э., и других предметах быта. Красочными рисунками музыкантов с многообразными инструментами всех классов - духовых, струнных (щипковых, смычковых), ударных - изобилуют страницы средневековых армянских манускриптов. Те же "герои" фигурируют на барельефах старинных церквей, хачкаров, надгробных плит...
неоднократно обращались армянские историографы Средневековья, упоминающие о барабанщиках, флейтистах, гуслярах, трубачах, играющих "со всем благозвучием" своих инструментов, хороводах мужчин и женщин, оплакивающих покойников при звуках труб, кифар и арф, ансамблях гусанов, поющих, играющих на пирах и т.д.
Инструментальной музыкой - сольной, ансамблевой - сопровождались выступления армянских ашугов. "Из всех людьми хваленых лир полней звучишь ты, кеманча!", - воспел свою кеманчу великий ашуг Саят-Нова, легендарный инструмент которого ныне хранится в ереванском Музее литературы и искусства им. Е.Чаренца.
Из ансамблей сазандаров, традиционных, интернациональных по составу исполнителей, вокально-инструментальных групп, популярных в закавказских городах, особенно в XIX, первой половине XX веков (такие группы формировались из трех, четырех музыкантов, играющих на сазе, таре, кеманче, дапе, последний обычно выступал и в качестве певца), начался звездный путь многих армянских виртуозов-инструменталистов. Это замечательные музыканты с обширным, разнообразным репертуаром, в то же время глубокие знатоки, тонкие исполнители, в частности, одного из основополагающих жанров "изустно-профессиональной" (термин И. Еолян) музыки Востока, классических мугамов - тарист Бала Меликов (1888-1935), кеманчисты Саша Оганезашвили (Александр Оганян, 1889-1932), Левон Карахан (1891-1979) и другие, своей блистательной игрой востребованные не только в Закавказье, но и далеко за его пределами, в том числе в России и в европейских странах.
Достойными их преемниками стали современные представители национального традиционного инструментального исполнительского искусства: тарист Согомон Сейранян, по характеристике его младшего коллеги, известного талантливого тариста Ованеса Дарбиняна - один из столпов армянского исполнительского искусства на таре, он же - Ов.Дарбинян, впервые исполнивший на таре образцы армянской духовной музыки, дудукисты - непревзойденный Левон Мадоян, Ваче Овсепян, всемирно известные Дживан Гаспарян, Геворг Дабагян, канонистки - "королева канона" (по определению поэтессы Метаксе), "обладательница златых перстов" Анжела Атабекян, Асмик Лейлоян, Цовинар Ованнисян, Карине Ованнисян и другие, на примере, а зачастую и под началом которых набирает творческие силы новая талантливая музыкальная поросль Армении.
НЕЛИШНЕ ВСПОМНИТЬ О ТОМ, ЧТО АРМЯНЕ ИЗДАВНА СЛАВИЛИСЬ КАК ИСКУСНЫЕ МАСТЕРА изготовления музыкальных инструментов. Так, в частности, как пишет Г.Геодакян: "Секрет" изготовления музыкальных тарелок хранила семья Зилчянов, обосновавшаяся в Константинополе. Музыкальные тарелки Зилчянов не раз удостаивались высших наград на многочисленных международных выставках - "Гран-при" - в 1867г. в Париже, в 1851 и 1862гг. - в Лондоне, в 1873г. - в Вене и т.д. Их производство затем было перенесено в США. И сейчас зилчяновские музыкальные тарелки считаются лучшими в мире". Мастерством изготовления восточных традиционных инструментов был известен в Иране (Тебризе, Тегеране) варпет (мастер) Степан Будагян (1890-1967), по профессии мебельщик-дизайнер, резчик по дереву, в то же время талантливый музыкант-самоучка - тарист, кеманчист, игравший и певший армянские, персидские, турецкие народные песни, ашугскую музыку, виртуозный исполнитель мугамов "Раст", "Чаргя". Изготовленные мастером и искусно инкрустированные им перламутром тар, кеманча, дап ныне по его завещанию хранятся на родине - в Музее истории города Еревана (см. брошюру этнографа Р.Пикичян "Возвращение мастера", на арм. языке, Ереван, 2007).
Как было отмечено выше, об армянском традиционном инструментальном исполнительстве и многочисленной армии армян-инструменталистов написано немало (тема никогда не теряла актуальности) в трудах историографов, научной, художественной, мемуарной литературе, газетно-журнальной публицистике, сказано по радио, телевидению, а сегодня и в электронной сети на армянском и других языках армянами и не только армянами.
Значительным вкладом в область изучения темы стало замечательное исследование выдающегося музыковеда-фольклориста Маргарит Брутян "Страницы истории исполнительского искусства армянской городской народной музыки" (на арм. языке, Ереван, 2001), один из основных библиографических источников книги Анаит Киракосян, о которой речь пойдет в следующем номере. Примечательна также содержательная книга Ф.Шушинского "Народные певцы и музыканты Азербайджана" (Москва, 1979), где в числе других музыкантов автор неоднократно упоминает армянских инструменталистов и обстоятельно рассматривает творчество наиболее выдающихся из них.
"Голос Армении"