Дня четыре назад произошел из ряда вон выходящий случай. Москвич Алексей Кнедляковский совершил поступок, достойный подражания, — взял плакат с надписью “Сумгаит 1988. Не забудем, не простим!” и встал напротив Азербайджанского посольства в Москве.
Долго ему постоять, конечно, не дали, из посольства вышли какие-то люди и насильно отобрали и разорвали плакат на глазах у полицейского, который равнодушно наблюдал за происходящим. Так как поступок Алексея взволновал местное армянство, портал Media.am адресовал ему несколько вопросов. Прежде чем на них ответить, Кнедляковский дал небольшой комментарий по поводу своего пикета. “Я не считаю, что сделал что-то из ряда вон выходящее, — сказал он. — Мне кажется, что сейчас в мире происходит что-то, о чем нельзя молчать. Во многом это обусловлено действиями Турции, конечно. И вот эта ситуация с “армянским вопросом”, она нездоровая априори. Есть исторические факты, за которые необходимо судить, но этого не происходит. Я во всем этом лишь человек с плакатом, не более”.
— Скажите, Алексей, откуда вы узнали про сумгаитский погром 88-го года?
— Я помню войну в Арцахе с юности. И тогда я считал, что НК должен быть частью Армении. Почему-то сразу был на стороне армян в этом вопросе. В начале девяностых “краем глаза” следил за событиями. К переосмыслению произошедшего я вернулся после того, как познакомился со своей невестой — талантливейшей художницей Лусинэ Джанян. Она и ее семья беженцы из Кировабада. Им удалось уехать до начала войны. Она часто вспоминает свой прежний дом.
— А есть ли предыстория у вашего поступка? Почему пикет было решено провести в одиночку, а не с группой единомышленников?
— В эти дни Лусинэ прислала мне ссылку на документальный фильм о сумгаитских событиях. Фильм я посмотрел уже после пикета. Но этим она напомнила о дате, когда все это случилось и о том, что все дальнейшее началось именно с Сумгаита.
К сожалению, в условиях авторитаризма — а Россия, несомненно, авторитарное государство, — чтобы провести многочисленный пикет, необходимо получить согласование у властей. По нашим законам сделать это можно не менее чем за три дня и далеко не факт, что такой пикет вообще будет согласован. Именно поэтому я и принял решение провести одиночный пикет. Был взят популярный в российской оппозиционной среде лозунг — “Не забудем, не простим!” Он как нельзя лучше соответствовал целям и смыслу пикета.
...Я не глубоко знаком с политикой Азербайджана, однако знаю, что по сути режим Алиева — это авторитарный режим. Но у него есть особенность — это националистический режим. Мне кажется, что не будет преувеличением сравнивать Азербайджан с нацистской Германией. Единственное отличие — это отсутствие желания и гипотетических возможностей завоевать весь мир.
...Азербайджанские амбиции питаются из Турции — тоже далеко не идеального государства с подмоченной репутацией. Безусловно, здесь большую роль играют экономические интересы российской элиты в нефтедобывающем регионе, но это не может быть оправданием. Мне кажется, что международное сообщество обязано задать Азербайджану ряд вопросов, касающихся его национализма и в т.ч. событий конца 80-х-начала 90-х.
...К сожалению, в России у власти находятся люди, незаинтересованные в каких-либо расследованиях преступлений тех лет. Здесь речь не только о Сумгаите, но и многих других событиях.
...Я читал недавнее интервью какого-то руководителя азербайджанского МВД, в котором он обвинял в сумгаитских событиях армян. Говорил, что армяне фальсифицировали свидетельские показания. И нес другую ахинею. За подобные заявления его следовало бы судить точно так же, как судили нацистов в Нюрнберге.
"Новое время"