Завершившиеся президентские выборы в Карабахе с одной стороны оправдали «ожидания», но с другой продемонстрировали интересную тенденцию к переменам.
Во-первых, это существенное сокращение разницы в голосах, отданных за выигравшего кандидата и за его основного конкурента. Иными словами, в 2012 году снизилась планка победы на выборах.
Скажем, в 2007 году Бако Саакян выиграл с 85,12%, а его основной соперник Масис Маилян взял, по официальным данным, только 12,53%.
В 2002 году действовавший тогда президент Аркадий Гукасян получил право на второй срок, по официальным данным, с 88,95%, тогда как его ближайший соперник- 7,67%. А в первый раз Аркадий Гукасян был избран 89,31 процентами, второй же кандидат получил только 5,35%.
По итогам первых в Нагорно-Карабахской республике президентских выборов в 1996 году Роберт Кочарян получил 88,91% голосов, а его ближайший соперник - 7,09.
Надо заметить, что три первых президентских выборов не отличались серьезной конкуренцией, и соперники основных кандидатов объективно не могли соревноваться.
Иной была ситуация в 2007 году, когда соперником Бако Саакяна был Масис Маилян, и, тем более, в 2012 году, когда конкурировал с тем же Бако Саакяном Виталий Баласанян.
Причем, динамика последних двух выборов весьма примечательна. Масису Маиляну в 2007 году удалось как минимум удвоить фиксировавшийся до тех пор «второй» результат, а в 2012 году этот показатель удвоился еще раз, и Виталий Баласанян набрал треть голосов, а планка победы была снижена до двух третей.
Таким образом, хотя в Карабахе не изменился президент, но определенное изменение ситуации уже наблюдается.
Виталий Баласанян заявил, что в случае поражения на выборах объявит себя оппозицией.
В Карабахе давно уже нет оппозиции. Следствием этого стало полное обесцвечивание общественно-политической жизни в стране, когда любое мнение рассматривается как измена или шпионаж, а также снижение «рейтинга» НКР в оценках Freedome House, которая два года назад квалифицировала Карабах как «несвободную страну», уравнив его с Азербайджаном. Хотя до этого Карабах квалифицировался как «частично свободное» государство.
Дело, конечно, не в том, чтобы изменить чьи-то оценки по Карабаху, а в пробуждении общественно-политической активности. Давно пора рассеять серость, развернуть конкуренцию идей и мнений, что может повысить адекватность общества современным вызовам, жизнеспособность, бдительность, здравомыслие. Международные оценки могут стать лишь хорошей или плохой оценкой всего этого, в зависимости от качества государства и общества.
Что изменится в Арцахе после пятых президентских выборов? Ответ на этот вопрос во многом зависит от того, как будет действовать Виталий Баласанян и его команда как оппозиция. Или от того, какую оппозицию сформирует Баласанян, к каким общественным трансформациям это приведет, к каким перспективам, новым представлениям и видению развития страны. И поведение власти будет обусловлено поведением оппозиции, доступностью новых идей.
В конце концов, то, что власть вынуждена была отказаться от соблазна 80-процентных побед, является следствием общественного восприятия нового поведения. И сейчас главное, чтобы оппозиция не отдалась разного рода соблазнам и продолжала свою работу так, чтобы власть также отказалась от соблазнов.
Акоп Бадалян, "Лрагир"