Христиане сектора Газы, подавляющее большинство населения которого составляют мусульмане, давно уже в приватных беседах не скрывают тревоги по поводу дальнейшей судьбы их крошечной диаспоры, сообщает Armenia Today со ссылкой на Asharq Alawsat (Великобритания).
Но сдержанность изменила им, и страх открыто выплеснулся из жилищ на улицы, когда двое из паствы недавно приняли ислам. Средиземноморский анклав впервые увидел многолюдную манифестацию протеста христиан, обвинявших мусульман в том, что они вынудили их собратьев отречься от веры. Оба новообращенных долго скрывались от праведного гнева своей родни, потом все-таки явились в общину, чтобы пылко убеждать людей в том, что они стали мусульманами добровольно.
Руководство правящего в секторе радикального исламистского движения ХАМАС неустанно твердит о своем уважении чувств верующих и христианских институтов. Однако акция гражданского неповиновения высветила растущее у христиан чувство уязвимости и незащищенности среди набожных соседей-мусульман. Угасающее меньшинство впечатано в серебристый окаем земли временем, историей и жестокими ограничениями передвижений, введенными Израилем и Египтом. Многие мусульмане, жалуются они, настойчиво склоняют их к отречению от христианской веры, поощряемые всей атмосферой горячечного исламистского бреда, в который погрузился сектор с приходом к власти в 2007 году радикального Движения исламского сопротивления.
"Мы давно уже не чувствуем себя в безопасности, - говорит 44-летний христианин Джозеф Элиас из города Газа. - Против нашего проживания на священной земле плетется заговор". Менее трех тысяч христиан – крошечный островок среди 1,7 млн мусульман. В последние годы христианское население неуклонно сокращается, чему виной территориальные конфликты. Многие семьи покинули родные очаги после разрушительной зимней военной кампании Израиля 2008-2009 года против боевиков ХАМАС, длившейся три недели. Других согнала с насиженных мест вконец развалившаяся экономика, которую методично добивает израильско-египетская блокада, введенная в ответ на взятие хамасовцами власти в секторе. Подтачивает диаспору и низкая рождаемость. Те, кто остался в анклаве, жалуются на крайнюю недоброжелательность окружающей их со всех сторон религиозной агрессивности и фанатизма. За последние восемь лет, по сведениям членов диаспоры, десять христиан приняли ислам. Кампании по отречению от религии, правда, не проводятся, но отдельные мусульмане проявляют порой настырность и упорство в попытках склонить церковных прихожан к отступничеству.
Неформальное общественное давление, оказываемое на христиан, имеет довольно широкий спектр: от встречного прохожего на улице до коллег на работе или на службе, в учебных заведениях, где непрерывно вспыхивают дискуссии между "правоверными и неверными". Особенно уязвимы для подобных атак молодые люди, желающие стать полноценными членами общества, обладающими широкими возможностями и трудоустройства, и создания собственной семьи. Как и те христиане, кто несчастлив в браке: принятие ислама – один из очень немногих путей прорыва из пут церковного венчания. Община христиан настолько мала, что ей не по силам создавать собственные институты, чтобы сохранять идентичность.
Частные школы, где обучаются дети, существуют. Но большинство христианской молодежи получает образование в общественных школах, затем продолжает обучение в Исламском университете, лучшем учебном заведении сектора Газы, чтобы окунуться в среду истово набожных студентов и профессоров. Их влияние, жалуются родители, постепенно вытесняет истинную веру в душах молодых людей. На этой палестинской земле обе общины пытаются убедить всех в том, что их объединяет общее стремление сбросить израильскую оккупацию и создать единое государство Палестина. И все же мусульмане и христиане здесь четко разделены. Как и в большинстве государств Ближнего Востока, религия на палестинских землях – что-то вроде нагрудного членского знака, свидетельствующего о принадлежности к определенному обществу, но не о личном выборе. Тех, кто покидает свою паству, ждет отлучение от общины и семьи.
Всего на священных землях проживают 160 тысяч христиан, из них 110 тысяч – в Израиле. Остальные живут на Западном берегу, в секторе Газа и в Восточном Иерусалиме, рассказывает палестинский исследователь Бернард Сабелла. По сведениям властей сектора, среди христиан Газы большинство - приверженцы Греческой Православной Церкви. Бывают налеты "твердолобых" на христианские храмы и молельные дома, поджоги. Справедливости ради следует сказать, что власти подобные акты насилия сурово пресекают. Случаются и резонансные события, задевающие за живое, говорит Сабелла. 24-летний Рамез аль-Амаш и Хиба Абу Давуд, 32 лет от роду, – оба из очень влиятельных и знатных семей – приняли ислам и исчезли из виду. Абу Давуд прихватила с собой трех малолетних дочерей. Ходили зловещие слухи, пока мусульманский клерикал не объявил о том, что молодые люди находятся под его покровительством.
Реакция диаспоры была яростной. Православный греческий архиепископ Газы Алексиус громыхал с амвона, что оба стали жертвами насильственного обращения в иную веру. Их похитили, уверял архиепископ, обращаясь к взволнованным прихожанам, собравшимся в старинной, вековой постройки, греческой церкви Святого Перфидия. Не обошлось без наркотиков, без тени сомнения восклицал Алексиус. Протестующие выкрикивали антихамасовские лозунги, требовали возвращения блудных детей и сокрушались по поводу того, что община переживает гибельные времена.
Позже новообращенные признались в телепрограмме, что они сделали свой выбор добровольно, после долгих колебаний и тщательного изучения новой для них религии с помощью интернета и своих друзей-мусульман. Они счастливы и просят родных понять их и простить. Абу Давуд явилась на экране в голубом мусульманском головном платке в длинном, до пят, черном просторном облачении. Никто меня не побуждал, сказала она. Я полюбила исламскую религию. Я счастлива, что сделала этот выбор. Ее девочки тем временем распевали исламские детские песенки. Безутешная родня тщетно пытается справиться с последствиями душевной травмы. Новообращенные, покинувшие прежние семьи, находятся с ними в "техническом разводе" и хлопочут о предоставлении им права посещения.
Общину угнетают панические настроения. Годами жили под перезвон церковных колоколов и пение муэдзинов, призывающих к молитве. Сегодня в души закрадывается страх за детей, которые могут в один прекрасный день с легкостью отступиться от веры отцов, дедов, прадедов. Не податься ли прочь, подальше от этих злосчастных мест?..
"Голос Армении"