В этом году отмечается 1650-летие Месропа Маштоца. В связи с этим для организации проведения соответствующих мероприятий была создана государственная юбилейная комиссия. Год подходит к концу, а Маштоцем, пардон, даже “не пахнет”. Это “досадное упущение” решили исправить художник Ашот Авакян, композитор Ваан Арцруни, певица Асмик Багдасарян и фотохудожник Акоп Ованесян, организовав выставку под названием “Маштоц-1650”.
По словам организаторов, в этом проекте они попытались совместить три вида искусства: живопись, музыку и видеоарт. Представленный цикл картин “Маштоц и его ученики” — панно, триптих и две отдельные работы — посетители лицезрели под дивные звуки шараканов в обработке Ваана Арцруни и бесподобном исполнении Асмик Багдасарян. Параллельно демонстрировался фильм Акопа Ованесяна — своеобразный микс видов армянской природы и памятников старины.
“Не все знают, что, помимо армянской письменности, Маштоцем были созданы также первые шараканы, коих ровно 130, но лишь у 11-и подтверждено авторство, — рассказывает Ваан Арцруни. — Год назад мы взялись за творческое переосмысление — полифонизацию канонических одноголосных шараканов, а исполнила их певица — солистка Камерного хора Армении Асмик Багдасарян”.
В то же время произошла их встреча с художником Ашотом Авакяном. “В то время как Арцруни создавал свой альбом, мне предложили сделать фрески в новом здании Матенадарана, — рассказывает Авакян. — Затем вместо фресок было решено делать полотна. Увы, из предложенных 7 работ пришлось остановиться только на одной, которая нынче и украшает конференц-зал Матенадарана, остальные работы представлены на нынешней выставке”. Цикл картин под названием “Маштоц и его ученики”, как признается художник, — это мы с вами, носители и продолжатели древнейшей культуры, люди, ответственные перед веками за то, чтоб она не исчезла, а продолжала развиваться и воспитывать грядущие поколения.
“Картины Ашота мне сразу понравились, и я решил совместить его творчество и мое, дополнив все это видеофильмом Акопа Ованесяна. Целью данной акции стала, конечно же, не попытка поиска нового формата или тем паче оригинальничания на маштоцевскую тему. Проект “Маштоц-1650” — это дань уважения человеку, фактически сформулировавшего и сформировавшего формулу армянского самосознания. И потом, Маштоц — не музейный экспонат, а живой фактор нашей культурной реальности”.
Весьма интересна и позиция зрителей. “Если говорить только о музыке, то мы имеем дело с материалом, который является базисным, очень дорогим и очень важным для всех нас, — считает один из посетителей. — Ведь это то исконное, что на самом деле должно нас питать. Армянская духовная музыка обладает универсальным свойством воздействия — неисчерпаемым потенциалом очищения. Людей, безучастно ее прослушивающих, просто не существует. Она работает на тех уровнях, на которых современная музыка просто не имеет никакого шанса”. Действительно, когда слушаешь эту музыку, ощущение благодати, которая исходит от нее, какое-то дыхание веков — очевидны. И, что самое главное, форма, в которую автор облек шараканы Маштоца, настолько корректно и профессионально продумана и исполнена, в работу вложено столько души, что эти шараканы по праву могут рассматриваться не только как маштоцские, но и как арцрунийские.
“Картины Авакяна поражают своей простотой и вместе с тем глубиной содержания, — считает гостья из диаспоры. — Замечательно, что подобные проекты создаются, прекрасно, что открываются новые центры искусств, но почему бы этим картинам украшать не только эти стены, но и те, что изначально планировались — Матенадарана”. А действительно, кажется, восторгаясь полотнами Авакяна, мы упустили из виду этот немаловажный факт? Отвечать на этот вопрос художник не пожелал: то ли из скромности, то ли... Как бы то ни было, хотелось бы надеяться, что и Матенадаран, и комиссия, созданная для того, что делается покамест без ее ведома, успеют наверстать упущенное — пускай уже даже не в рамках юбилейного года. Маштоц на это вряд ли обидится, его ученики — армяне мира — тем более.
Рубен Пашинян, "Новое время"