Интервью старшего научного сотрудника Центра кавказских исследований МГИМО(У) МИД России к.и.н. Вадима Муханова информагентству АрмИнфо.
- Увязываете ли Вы возможность появления определенных изменений в процессе карабахского урегулирования после президентских выборов в Армении и Азербайджане, вне зависимости от того, что победу на них, очевидно, одержат действующие президенты?
- Вы знаете, я отношусь к подобным ожиданиям весьма скептически, тем более, как Вы справедливо заметили, фаворитами в предвыборных гонках в двух республиках считаются действующие президенты. В связи с этим трудно представить, что радикальным образом изменится политическая линия, проводимая той или иной правящей командой. Крайне вероятно, что большинство из той или иной команды сохранит свои посты после выборов. Эти несложные размышления наводят на мысль, что вряд ли мы в ближайшее время услышим из Баку или Еревана какие-то прорывные идеи и предложения по Карабаху.
- Подавляющее большинство армянских аналитиков уверено в победе действующего президента Сержа Саргсяна на предстоящих 18 февраля президентских выборах. Какими видятся эти выборы из Москвы?
- Действующий президент, действительно, представляется железным фаворитом предстоящих выборов, в которых не участвуют такие политические тяжеловесы, как Левон Тер-Петросян и Гагик Царукян. Отказались участвовать в выборах и дашнаки, что, конечно, резко сужает выбор. Серьезную конкуренцию среди остальных семи зарегистрированных кандидатов ему могут составить только два человека, являющиеся опытными и известными в Армении политиками, которые имеют и неплохой опыт государственной службы. Я имею в виду лидера партии “Наследие” Раффи Ованисяна и главу партии “Свобода” Гранта Багратяна. Остальные, судя по итогам предыдущих выборов, не наберут и одного процента голосов избирателей. Они пошли на выборы, руководствуясь всем известным лозунгом – главное не победа, а участие.
- В аналитических кругах правящая в Армении РПА считается сторонником евроинтеграции Армении. Каково Ваше мнение относительно перспектив участия Армении в евроинтеграционных проектах и инициированных Москвой проектах интеграции на постсоветском пространстве…
- Это только одно из известных мне экспертных мнений. Кто-то считает, что нынешнее руководство Армении пытается реализовывать многовекторную политику, направленную как на углубление отношений с Евросоюзом, так и на поддержание традиционных связей с Россией. Армения ведет разговоры о Европе, находясь, тем не менее, в статусе члена ОДКБ и являясь стратегическим партнером России. В вопросе безопасности, в социально-экономическом развитии большую роль играет именно российский фактор. На сегодняшний день это данность, о которой нужно помнить и считать при выстраивании других направлений. Признаем, что Россия много дает Армении, и мне представляется маловероятным, что официальный Ереван сможет в ближнесрочной перспективе резко поменять вектор своей внешнеполитической активности. В свою очередь, Европа сейчас испытывает серьезные социально-экономические трудности, некоторые члены ЕС находятся в тяжелом финансовом положении. Есть еще и турецкий фактор, который, мне кажется, не стоит недооценивать…
- Противоречит ли готовящееся к подписанию Ассоциативное соглашение между Арменией и ЕС предполагаемому членству Армении в Таможенном и впоследствии Евразийском союзе?
- Вы знаете, как-то трудно сравнить то, что еще только готовится или находится в стадии обсуждения. Часто бывает, что подготовка затягивается, а обсуждение приводит к незапланированным выводам и неожиданным суждениям. Некоторые документы вообще, как мы помним из недавнего прошлого, могут быть подписаны, но затем не ратифицированы и т.д. Мне представляется более корректным дождаться события или событий, после чего уже и заниматься сравнением подписанных документов. Тем более, что далеко не все ожидания оправдываются … Не могу сказать ничего конкретного насчет Евразийского союза, который пока кочует из одного публичного выступления в другое, однако я сомневаюсь, что Ереван станет инициатором пересмотра каких-либо российско-армянских договоренностей. Изменение существующего формата и уровня двухсторонних взаимоотношений явно не в интересах Еревана. При этом население Армении, конечно же, выиграет и от ассоциативного соглашения с Евросоюзом. Однако, повторюсь, на сегодняшний день данное соглашение не вступает в конфликт с условиями российско-армянских договоров, и тем более, со сложившимися реалиями в отношениях двух стран. Россия по-прежнему является главным источником денежным поступлений на территорию республики, и одновременно основным инвестором в армянскую экономику, никаких предпосылок к изменению этого положения дел не зафиксировано. Европа же может предоставить определенные льготные условия, и все, ни о каком серьезном интересе со стороны стран Евросоюза инвестировать в экономику республики говорить сейчас не приходится.
- 28 января в Париже состоится встреча глав МИД Армении и Азербайджана. Предполагается, что на встрече вниманию и рассмотрению Налбандяна и Мамедъярова “минскими” посредниками будут предложены некие новые идеи. О чем, на Ваш взгляд, может идти речь?
- Повторюсь, что правильнее было дождаться события, которое уже скоро произойдет, чем гадать на кофейной гуще. Столько раз уже ожидания такого прорыва или новых идей в процессе урегулирования себя не оправдывали. Это не дает повода настраиваться на серьезный позитив сегодня, особенно вспоминая весь тот негативный фон, который стороны усердно создавали весь прошлый год. По-прежнему можно констатировать практически нулевой уровень доверия между сторонами конфликта, что не позволяет говорить о каком-то качественном изменении ситуации.
- Очевидно, что Евросоюз, США и Россия могут при желании сообща влиять не только на Карабахский конфликт, но и на иные события в Кавказском регионе. Вы согласны с подобной постановкой вопроса, и если да, то в чем причина отсутствия между ними консенсуса в вопросе Нагорного Карабаха?
- Хотелось бы согласиться с Вашим мнением или хотя бы верить в его осуществление. Консолидированная позиция крупнейших и влиятельных мировых игроков может привести к результату, однако она крайне тяжело достигается. Существуют весьма серьезные разногласия, которые не позволяют действовать совместными усилиями в конфликтных зонах. Для начала неплохо бы развивать и всесторонне расширять уже имеющиеся переговорные форматы, в частности, можно и нужно оказывать регулярную поддержку Минской группе ОБСЕ, которую сейчас все только и критикуют. Под ее эгидой надо возобновить встречи на высшем уровне, которые могут проходить как в Париже, Москве, так и в других мировых политических центрах. Российское, французское или американское посредничество должно быть на регулярной основе, это рано или поздно окажет свое влияние, если хотите, давление на стороны конфликта. Последние тоже не должны сбрасывать и валить все на посредников. Пока Баку и Ереван не будут проявлять должную заинтересованность в урегулировании, шансов крайне мало.
- Считаете ли Вы, что подписание окончательного договора по урегулированию НКК возможно без учета мнения Ирана и Турции. Какова их роль в сохранении нынешнего статус-кво вокруг конфликта?
- Я бы не стал так далеко загадывать. Пока речь не идет даже о фиксации промежуточных итогов, которые достижимы только при согласии на компромисс Баку и Еревана, а что говорить о выработке окончательного соглашения. Бесспорно, что Турция и Иран, как крупные региональные игроки, влияют на ситуацию на Кавказе в целом, и в зоне конфликта, в частности. На мой взгляд, сегодня и Анкара, и Тегеран не заинтересованы в размораживании конфликта, поэтому будут работать на сохранение нынешнего статус-кво.
Давид Степанян, АрмИнфо