Не все, наверное, знают, что Микаел Таривердиев родился и жил в Тбилиси и что на фасаде старого дома по улице Ингороква, 14, где прошли его детские и юношеские годы, установлена мемориальная доска, - несколько слов, имя, фамилия и две даты: рождения и смерти.
НАДО СКАЗАТЬ, ЧТО ЭТОТ ДОМ ОБЛАДАЛ, по-видимому, какой-то особо творческой аурой. Здесь жили известный художник, сценограф Большого и других ведущих театров Москвы Солико Вирсаладзе, знаменитый грузинский ученый-лингвист Павле Ингороква, чьим именем в 90-х годах прошлого века была названа улица Дзержинского, именовавшаяся во времена царской России улицей Петра Великого. Соседями Микаела Таривердиева были художник Георгий Алекси-Месхишвили, ныне работающий в Москве, его брат-близнец Ладо, известный детский кардиолог Германии, семья переводчика Шекспира на грузинский язык Гиви Гачечиладзе, его сына -ученого и дипломата Реваза Гачечиладзе хорошо знают в Армении, он был послом Грузии в нашей стране. Его брат Заза какой-то период работал заместителем министра культуры Грузии. Еще в советские годы на первом этаже дома в квартире художника Ираклия Гамрекели был открыт его музей. Женой художника была Людмила - внучка декабриста Бестужева - Рюмина.
Древняя мудрость гласит: если ты в беде, твой сосед первым придет на помощь, в то время как родственник только начнет подвязывать пояс. Действительно, в старых тбилисских дворах была сильна эта добрая традиция - жить одной семьей, когда все радости и горести общие. Такими соседями и были семьи Таривердиевых и Сафарян. Жозефина Аркадьевна Сафарян, на глазах которой рос Микаел, уже много лет живет в Ереване. Она переехала сюда вслед за дочерью в конце 70-х. Но и 40 прошедших с тех пор лет не изгладили из ее памяти ни старый дом, ни любимых соседей.
- Моя семья была в прекрасных отношениях с родителями Микаела. Отец Левон Навасардович работал в банке, мать Сато Григорьевна - учительницей истории. Красивая была женщина и очень добрая. Мы ходили друг к другу, пили чай, разговаривали о жизни. Булик - так все звали Микаела - обожал мать. Он рос очень одаренным мальчиком с чудесным характером. Да и воспитан он был превосходно, впрочем, в такой интеллигентной семье, как Таривердиевы, иного и быть не могло. На инструментах играл, если не ошибаюсь, с восьми лет. Помню, приходила к нам прачка - она стирала во дворе белье и, слыша звуки фортепиано (это занимался Булик), часто кричала: "Зачем же ты бьешь пианино ногами?!" Она думала, что руками так громко играть невозможно.
БУЛИК БЫЛ ОЧЕНЬ СПОСОБНЫМ, НО ЗАНИМАТЬСЯ НЕ ЛЮБИЛ и за инструмент садился буквально из-под палки. Он был общительным и душевным мальчиком, школьные друзья часто приходили к нему большими компаниями. Одноклассники называли его Почтивердиев. Он очень любил животных и всегда жалел, что не мог завести собаку. Сато Григорьевна не приветствовала животных в доме. В детстве Микаел был большим шалуном. Однажды летом он надел чью-то шубу и стал кататься по разложенной на балконе шерсти - одна из соседок сушила ее на жарком солнце. Она выскочила и стала звать на помощь, решив, что в ее шерсти залегла огромная собака. Представляете, какой поднялся переполох, выбежали все соседи, а оказалось, что в шерсти каталась не собака, а Булик. Не помню, почему появилось это прозвище, возможно, потому, что в младенчестве он был пухлым, как булка. Но затем рос худеньким нежным мальчиком. И даже через многие годы, когда к нему уже пришла известность, для нас он оставался Буликом.
Сато Григорьевна часто придумывала игры для детей. Те годы были голодными, и, чтобы доставить радость соседским ребятишкам, она протягивала веревочку и развешивала на ней конфеты, игрушки, а потом завязывала по очереди им глаза и давала ножницы в руки. Тот, кому удавалось отрезать вслепую больше других, естественно, выигрывал. Но сладости доставались всем. Сато Григорьевна преподавала в 43-й школе, где Булик и учился. Она была коренной жительницей Тбилиси, а Левон Навасардович - родом из Карабаха. Микаел уехал из Тбилиси после окончания школы, путь его пролег сначала в Ереван, потом - в Москву. Сато Григорьевна, с которой мы периодически обменивались поздравительными открытками, скончалась в Москве.
Как мне рассказывали, сын Микаела Таривердиева, много лет назад проходивший воинскую службу в Тбилиси, зашел взглянуть на дом, где когда-то жил его отец.
Нора КАНАНОВА, "Голос Армении"