Кандидат в президенты Республики Армения Андреас Гукасян в самый первый день предвыборной гонки начал бессрочную голодовку. Голодает кандидат на проспекте Баграмяна, у здания президиума Национальной Академии наук, на раскладном стульчике. Пьет только воду, а по ночам спит в спальном мешке на раскладушке прямо на улице. К своей акции протеста господин Гукасян подготовился весьма основательно — это касается не только теплой одежды и запаса горячей воды, но и данных своей команде указаний на случай ухудшения его самочувствия. В 9 вечера 22 января, на второй день голодовки Гукасяна, я пообщалась с замерзшим, но пока еще не ослабевшим ни физически, ни морально кандидатом.
Напомним, что Андреас Гукасян требовал от ЦИК признать недействительной регистрацию кандидатуры действующего президента Сержа Саргсяна, однако Комиссия отказала удовлетворить требования кандидата, мотивируя это тем, что Гукасян требует от ЦИК выйти за рамки своих полномочий и принять политическое решение. Голодовку Гукасян анонсировал на прошлой неделе. Он заявил, что правящая Республиканская партия, от которой баллотируется действующий президент, «злоупотребляет своим положением в государстве и не является добросовестным конкурентом». Из этого Гукасян сделал заключение, что право общественности на свободный выбор «может быть реализовано лишь в случае исключения участия кандидата от правящей партии в выборах». Гукасян также обратился к другим кандидатам в президенты, призвав их отказаться от борьбы. Он также отметил, что прекратит голодовку в том случае, если международные наблюдатели откажутся от проведения миссии в Армении.
— Андреас, вы объявили бессрочную голодовку, действительно ли вы готовы идти до конца? Ведь вы понимаете, насколько мала вероятность того, что ваши требования выполнят?
— Да, это продуманная стратегия, степень ее влияния на политические события понятна, я опираюсь на определенную теорию. Мои соратники знают, как себя вести, если я потеряю контроль над ситуацией, какие политические шаги им следует в этом случае предпринять.
— То есть вы в прямом смысле готовы умереть за идею?
— Да, ведь речь идет о национальных интересах. В случае смерти кандидата должны быть назначены новые выборы, а это будет новая политическая ситуация.
— То есть такова ваша цель?
— Нет, это лишь ваш вывод.
— Вывод, сделанный из ваших слов. А вы не думаете, что новые выборы будут теми же самыми выборами, только уже без вашего участия?
— Не думаю, потому что знаю, какие шаги в этом случае сделает моя политическая команда. Моя же цель в выполнении моих требований. А эта акция — лишь одна из возможностей. И это не только моя субъективная цель, это общественная цель. Мы хотим, чтобы в нашем обществе больше не было поддельных выборов. А требование у меня одно — чтобы государство признало эти выборы недействительными. Вернее — это наше, группы армянских интеллектуалов, требование.
— А как же ваше требование относительно иностранных наблюдателей?
— Если иностранные наблюдатели сочтут, что Армения не демократическая страна, что на честные выборы рассчитывать не приходится, и прекратят свою работу, то в этом случае мой протест потеряет смысл. Поскольку в недемократической стране требовать проведение свободных выборов бессмысленно, тогда уже будут другие способы борьбы. Вот об этом я говорил средствам массовой информации, а не о требовании выслать послов стран-членов ОБСЕ и запрете на въезд иностранных наблюдателей.
— Ваша голодовка уже обрастает шутливыми комментариями: мол, объявив в самом начале предвыборной кампании голодовку, вы намекаете своим избирателям, что голодать будут все в случае вашей победы.
— Общество, которое годами, фактически с первых же дней своей независимости находится под контролем олигархии, конечно, очень страдает от своего бессилия. Все попытки революций и безрезультатные усилия провести честные выборы привели к тому, что общество пребывает в состоянии уныния и апатии, вместе с тем появляется цинизм как защитная реакция людей, которые уже ни во что не верят. Думаю, таких шуток в ближайшие дни будет много, я считаю, что это как гной должно выйти из общества, и тогда мы начнем говорить серьезно и по делу.
— То есть вы готовы к насмешкам, карикатурам, пародиям?
— Я отношусь к ним, как к второстепенным вещам. Я понимаю, что моим оппонентам важно обесценить голодовку как способ борьбы, дискредитировать меня как личность, чтобы принизить в глазах общества.
— Можно ли расценивать вашу голодовку как самопиар и практически бесплатную предвыборную кампанию?
— Я с самого начала объяснил народу Армении, что не буду заниматься агитацией: ведь вступить в борьбу — значит признать право остальных участников бороться за голоса. А признавать кандидата от политической силы, которая на протяжении лет дискредитировала себя, лишала общество свободного выбора — значит фактически брать на себя ответственность за все ее преступления. Поэтому я сперва предложил всем кандидатам вместе выступить против этого, а известным людям возглавить гражданское движение, но так как никто из кандидатов не принял этот метод борьбы, мне оставался только один путь — путь оспаривания легитимности участия правящей партии в выборах.
В этот момент к Андреасу подошла бригада «скорой помощи» и начала измерять ему давление. Процесс достаточно долгий, учитывая количество слоев одежды. Что объяснимо, потому что торчать голодным на улице и так малоприятно, а еще и мерзнуть при этом — совсем невыносимо. Поэтому кандидат одет как матрешка, в том числе в специальный шарф для лыжников, закрывающий рот и нос. Вокруг бродит несколько совершенно несчастного вида защитников правопорядка и человек 5 окончательно замерзших соратников голодающего. Мимо проходят люди, абсолютно не понимающие общего ажиотажа. Для людей несведущих — это всего лишь странный человек в красной куртке, которому, видимо, стало плохо. Но «скорая помощь» констатирует хорошее самочувствие кандидата в президенты, и мы продолжаем.
— Андреас, а почему вы голодаете в одиночку? Никто из ваших соратников по команде не готов присоединиться?
— Готовы, но — на следующем этапе. Это один из способов давления: начинает один, потом присоединяется второй и так далее. В любом случае статус кандидата в президенты отличается от статуса простого гражданина.
— Как вы думаете, сколько дней вы сможете продержаться?
— Думаю, дней 30-40 — это моя цель. Этого срока хватит для того, чтобы мои требования были приняты, — я понимаю, что мои требования фундаментальны и требуют кардинальных политических решений, которые быстро не принимаются.
Что ж, если учитывать, что выборы президента Армении назначены на 18 февраля, то бишь до них осталось всего-то 24 дня, будем надеяться, что кандидату Гукасяну не придется голодать обещанных 30-40 дней. В любом случае пожелаем ему здоровья и бодрости духа.
Мара АБРАМЯН, "Собеседник Армении"