«В эти дни исполняется 25 лет мирному восстанию Армении, вошедшему в историю как карабахское движение и запустившему цепь событий, с неумолимой логикой прикончивших СССР в три с половиной года. В феврале 1988 года произошло то, что всегда снилось советским правителям в их самых страшных снах — восстала национальная республика», - говорится в статье Евгения Ихлова «Четверть века конца государства», опубликованной на сайте «Forum-msk.org».
Автор отмечает, что националистические выступления были и до этого: студенческие демонстрации в Грузии (за сохранение грузинского языка государственным), в Ташкенте, в декабре 1986 года в Алма-Ате (за право жить под руководством этнического казаха). Подобные выступления всегда были за сохранение статуса пусть вассального, но национального государства в рамках советской империи. Официально они трактовались как безусловно «антисоветские».
«Повод же к протестам февраля 1988 года был вполне "советский": руководствуясь "ленинским принципом о праве наций на самоопределение", советские трудящиеся Нагорно-Карабахской автономной области в составе Азербайджанской ССР приняли решение о вхождении в состав Армянской ССР. Все участники гигантских митингов и всереспубликанской политической стачки внешне выражали уважение компартии, лично Горбачеву и его политике перестройки. Совершенно не отдавая себе отчет в том, что своим выступлением они перестройку, понимаемую как политику контролируемых и постепенных социальных и идеологических реформ, пускают под откос», - отмечает автор.
Как сказано в статье, Кремль не хотел выполнять волю армянских советских трудящихся. То ли из конфуцианского почтения к обещанию Ленина президенту Турции Ататюрку передать Карабах Азербайджану, то ли из страха, что во имя своей территориальной целостности восстанет значительно более крупный и нефтеносный Азербайджан, то ли на фоне еще идущей войны в Афганистане Кремль боялся гневить мусульман в принципе.
«Возможно, не знали, что делать с населенным азербайджанцами и курдами Лачинским коридором, отделявшим НКАО о матери-Армении (в тридцатые годы там был создан Красный Курдистан — матрица будущего Советского Курдистана)», - пишет автор, сравнив по накалу страстей ситуацию с кризисом между Польшей и Германией из-за Данцигского коридора.
Карабахское движение показало, что истинной идеологией в позднем СССР был этнический национализм, пишет автор. Под его флагом впервые объединились (пока в Армении) и партийные кадры, и интеллигенция, и простой народ. Чуть позднее это станет прекрасным образцом для подражания для республик Балтии, Украины и Молдавии. Все тогдашние оппозиционеры со всего Союза просто обязаны были совершить паломничество в мятежный Карабах.
«Дальше произошли события, к которым слово "впервые" подходит точнее всего. В конце февраля в Сумгаите впервые с 1944 года на территории СССР одни советские люди с изуверской жестокостью убивали других (до этого были только акты еврейского геноцида во время нацистской оккупации и украинско-польская борьба в западных областях). Впервые официальные советские республиканские власти фактически санкционировали этнические чистки — обмен населением. Впервые с 1956 года на территории СССР велись ожесточенные боевые действия между регулярными частями и отрядами боевиков», - пишет Ихлов.
Автор отмечает, что либеральная русская интеллигенция в массе поддержала карабахское движение. Во главе защитников карабахских армян прославились Галина Старовойтова и писательское объединение «Апрель» (в честь апрельского пленума ЦК КПСС в 1985 году). Лозунг объединения разделенной тогдашние русские либералы посчитали неоспоримо логичным, пишет Ихлов. Власти СССР колебались при решении конфликта, а отсутствие целостной политики привело к тому, что карабахский конфликт стал образцом для всех националистических и протестных движений в СССР, разжег очаги нескольких межнациональных войн. В результате Кремль начал подавлять национальные выступления войсками, так за несколько лет были похоронены и Советский Союз, и КПСС, пишет Ихлов.
Panorama.am