США и ее сателлиты, по сообщениям многочисленных СМИ, готовятся нанести массированные удары по Сирии. Британский министр иностранных дел Уильям Хейг заявил, что его страна готова присоединиться к США и нанести удар по Дамаску в обход Совбеза ООН: «У нас, США, многих других стран, включая Францию, есть ясная позиция, что сама мысль о безнаказанном применении химического оружия в XXI веке неприемлема». После чего премьер–министр Девид Кэмерон во время телефонного разговора с российским президентом Владимиром Путиным заявил, что Великобритания солидарна с заявлением американского госсекретаря Керри о применении химического оружия со стороны правительства. Реакция президента России однозначна – фактов и доказательств нет. Москва не допустит «незаконных» действий.
Официальная позиция России остается неизменной, несмотря на сообщения различных СМИ о том, что Москва собирается сдать Башара Асада. Так, в телефонном разговоре с госсекретарем США Джоном Керри российский министр недвусмысленно предупредил о «крайне опасных последствиях» военной интервенции в Сирию. «Москва получает «множащиеся свидетельства» того, что история с химической атакой была «инсценировкой» сирийской «непримиримой оппозиции». С дипломатической точки зрения позиция Москвы основана на принципе «недопустимости» применения силы против Дамаска в обход Совбеза ООН; в данном контексте неизменной остается и позиция Китайской Народной Республики.
Сам президент Башар Асад следующим образом прокомментировал ситуацию с использованием химического оружия: «Заявления, сделанные политиками в США, на Западе и в иных странах, — это надругательство над здравым смыслом и пренебрежение общественным мнением своих народов. Это нонсенс: сначала предъявляются обвинения, а лишь затем собирают доказательства. Нас обвиняют в том, что армия применила химическое оружие в районе, который якобы находится под контролем боевиков. На самом деле в этом районе нет четкой линии фронта между армией и боевиками. И разве может государство применить химическое или любое другое оружие массового поражения в месте, где сконцентрированы его войска? Это противоречит элементарной логике. Поэтому такого рода обвинения исключительно политические, а причиной для них послужил ряд побед правительственных сил над террористами».
Однако, дипломатия – дипломатией. Вашингтон готовится к военной операции. Министр обороны США Чак Хейгел во время своего визита в Малайзию заявил, что Пентагон готов к военному вмешательству в Сирии, если соответствующее решение будет принято президентом Бараком Обамой. «Президент обратился в министерство обороны, чтобы мы подготовили варианты действий на все случаи. Мы это сделали. Мы готовы ко всем вариантам». В тот же день к берегам Сирии был направлен один из мощнейших американских военных кораблей — эсминец «Мэхэн», который должен был возвратиться на базу в Норфолке, однако командование шестого флота США приняло решение оставить корабль в регионе. Кроме «Мэхэна» у берегов Сирии находятся еще три американских эсминца — «Грейвли», «Бэрри» и «Рэймидж», вооруженные несколькими десятками крылатых ракет «Томагавк». Кроме того, в Турции располагается база ВВС США Инджирлик. Там служат пять тысяч военных. В Иордании Пентагон использует королевский военный центр. Это еще почти тысяча солдат и два зенитно-ракетных комплекса «Пэтриот».
Представим себе, что решение об интервенции принято. Как будет вести себя Россия? Исходя из геополитической конъюнктуры у Кремля выбор небольшой – ответить или промолчать. Зарубежные эксперты склонны считать, что максимум российского ответа – это дипломатические ноты и заявления, так колумнист журнала Foreign Policy - политолог Кристофер Уолт пишет: «Балканы, Ирак, Ливия – яркие примеры того, что Россия не способна оказать США реальное геополитическое сопротивление. Думаю, что и в ситуации, если будет решение о военной операции против Сирии, Россия лишь выразит дипломатический протест. Китай также не станет воевать с США из-за Сирии, это предельно понятно».
С одной стороны, мнение американского политолога имеет определенный смысл, если рассмотреть исторический контекст. В 1990-х Москва не смогла ничего противопоставить США, которые поставляли оружие хорватским, боснийским и албанским группам «сопротивления» против Сербии в обход эмбарго ООН. В 1999 году также в обход мандата Совбеза ООН американские ВВС наносят массивные воздушные удары по сербской территории, позже в операцию подключаются французские и немецкие войска. В 1992 году Совбез ООН принял решение о создании международных коалиционных сил с целью обеспечение безопасности доставки гуманитарных грузов в Сомали. Однако, под видом гуманитарного груза американцы провозили оружие, создавая собственный военный контингент. Основная цель – свергнуть режим, и операция в обход ООН завершилась провалом, известным как «Падение Черного ястреба».
Опустим пример Ирака и обратимся к событиям «арабской весны». Ливия. Франция и Великобритания инициируют рассмотрение в ООН вопроса о проведении «гуманитарной операции в Бенгази». Россия и Китай воздерживаются во время голосования, не используя свое право вето. После чего «гуманитарная операция» заканчивается наступательными действиями и убийством законного лидера Муаммара Каддафи. Председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике» Федор Лукьянов также уверен, что Россия не сможет остановить операцию против Сирии. «Возможности остановить эти действия, с учетом того, что США и прочие не собираются запрашивать санкции Совбеза ООН, в данном случае нет. Никаких боевых действий Россия принимать не будет, о чем сказал министр иностранных дел Сергей Лавров».
В свою очередь, президент института Ближнего Востока Евгений Сатановский также отметил: «Позиция России будет «гневная, дипломатическая, показывающая всему прогрессивному человечеству разницу между агрессивным западным блоком и прогрессивной Российской Федерацией. А силовой реакции России не будет». Действительно, трудно представить военный ответ в случае вторжения США в Дамаск. В случае развития подобного сценария США не только решат свои локальные задачи на Ближнем Востоке, но и нанесут непоправимый удар по авторитету России. Москва будет выставлена в свете «ненадежного партнера», сотрудничество с которым может привести к негативным последствиям.
В данном дискурсе интеграционный проект «Евразийский союз», который Вашингтон воспринимает как попытку воссоздания СССР, останется лишь на бумаге, ибо «колеблющиеся» государства, в частности Украина сделают прагматичный выбор в пользу «Запада». Максимум, что сможет сделать Москва в нынешней обстановке – оказать поддержку вооружением и на дипломатическом уровне. Конечно, в дальнейшем Кремль должен усилить свои связи с Ираном, укрепить позиции на Южном Кавказе и Каспии, ибо если Ливия воспринималась как «дальний рубеж», а Сирия как «средний рубеж», то далее встанет вопрос национальной безопасности самого российского государства.
.
Галстян Арег, «time to analyze» — politics, society, and ideas ( tta.am)