Визит президента Армении Сержа Саргсяна 3 сентября в Москву, когда он после встречи с российским коллегой Владимиром Путиным неожиданно для многих заявил о намерении Армении вступить в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, продолжает оставаться в центре внимания политиков, политологов и СМИ, причем далеко не только в Армении.
Реакцию сторонников интеграции с ЕС хорошо отражает формулировка одной из местных газет: "психологический стресс и шок от осознания ошибки". "Армения не в своем уме", - пишет европейское издание Commonspase.eu. "Армяне выразили свое недовольство и разочарованность в социальной сети Facebook: они молились, чтобы события получили иной ход", - говорит известный эксперт фонда Карнеги, специалист по вопросам Кавказа Томас де Ваал. Однако все эти и множество им подобных эмоциональных высказываний совершенно не отражают истинный настрой армянского общества. Социологические опросы свидетельствуют, что народ в своем большинстве весьма позитивно воспринимает возможность углубления интеграции с Россией, и именно в этом контексте рассматривает стремление Еревана стать частью Таможенного союза. В частности, по данным "Интеграционного барометра ЕАБР - 2013" (Евразийский Банк развития), 67% граждан Армении положительно относятся к перспективе вступления страны в Таможенный союз, и только 5% населения категорически выступают против этого. Значительный перевес сторонников вступления в ТС демонстрируют и опросы ереванского независимого социологического центра "Социометр".
Разумеется, можно сказать, что соцопросы далеко не всегда отражают реальные настроения, особенно если проводятся заинтересованными структурами, каковой в данном случае выступает ЕАБР. Однако есть и иные цифры, совершенно объективные. Так, по данным Федерального миграционного агентства РФ, в течение 2012-го и в первом полугодии текущего года в территориальных органах учета иностранцев было поставлено на учет без малого 800 тысяч граждан Армении. Понятно, что не все они останутся в России, но значительная их часть наверняка попытается остаться - в дополнение к тем своим соотечественникам, которые в России уже живут все последние годы. При этом армяне, в своем большинстве (до 80%), работают в таких сферах, как строительство, транспорт и связь, сфера услуг, а, например, в торговле их менее 4%. То есть это довольно квалифицированные (а значит - более-менее достойно оплачиваемые) люди, которые обеспечивают не менее 75% частных трансфертов, поступающих в Армению из-за рубежа. А это - почти $3 млрд. в год, что сопоставимо с государственным бюджетом страны. И совершенно понятно, что в этом контексте армяне никак не могут выступать против дальнейшего тесного сотрудничества с Россией, которое, если уж говорить прямо, в буквальном смысле слова кормит сотни тысяч человек. К тому же и в самой Армении немало людей работает в организациях с российским капиталом (транспорт, связь, энергетика), либо так или иначе связаны с российскими военными структурами (102-я военная база в Гюмри, погранотряд ФСБ, несущий службу на внешних границах государства).
К тому же вступление в ТС обещает новые многомиллионные инвестиции и проекты, связанные с самыми насущными сферами жизнедеятельности страны. $100 млн. - на проект по строительству транспортного коридора "Север - Юг" (автотрасса, которая свяжет через Армению порты Персидского залива с побережьем Черного моря), полмиллиарда - на развитие железнодорожной инфраструктуры (вполне вероятно - для начала строительства магистрали Иран-Армения). Также "Роснефть" рассматривает возможность реанимации нефтехимического гиганта советских времен - ереванского завода "Наирит", а "Роатом" будет участвовать в проекте продления на 10 лет срока эксплуатации Армянской АЭС. И что очень существенно - после вступления в ТС могут снизиться цены на российский газ. Но даже если они и не снизятся, то в обозримой перспективе уж точно не вырастут.
Если ко всему этому добавить, что укрепление экономического сотрудничества с РФ одновременно является дополнительной, причем очень важной, гарантией безопасности страны и Нагорного Карабаха, составляющего с Арменией единое таможенное пространство, то стенания сторонников евроинтеграции, утверждающих, будто, вступая в ТС, республика жертвует своим суверенитетом, выглядят, мягко говоря, беспочвенными. Эксперты ИА REGNUM в этой связи уже отмечали, что обмен безопасности на суверенитет по определению невозможен, в современном мире безопасность - высшая ценность и приоритет, который достигается многими государствами благодаря в том числе коллективным усилиям. В случае Армении - посредством участия в Организации Договора о коллективной безопасности и в Таможенном союзе.
При всём этом очень характерно, что шумные протестные акции в Ереване, прошедшие после московского заявления президента Саргсяна, оказались малочисленными - в них участвовало лишь несколько десятков человек. Стоит напомнить, что недавно против попыток столичной мэрии повысить на 50% тариф на проезд в маршрутных такси протестовали, причем очень бурно, многие тысячи человек. Ибо тогда речь шла о насущном вопросе, а вступление в ассоциацию с ЕС - умозрительная перспектива. Можно сказать, что в Армении на деле была продемонстрирована классическая истина, гласящая, что "бытие определяет сознание". Опровергнуть её еще никому и никогда не удавалось, не удастся и в данном случае.
С решением Сержа Саргсяна о вступлении с ТС совпало подписание главой армянского государства указа о создании специализированной комиссии по конституционным реформам при президенте Армении. Это совпадение никак не случайно. Речь, помимо прочего, идет о возможной смене формы правления в стране - вместо полупрезидентской (а на деле - президентской) республики может возникнуть парламентская. Судя по многим признакам, единства по этому вопросу в рядах правящей Республиканской партии Армении (РПА) нет. "Традиционное" крыло партийных бонз, одним из видных представителей которого является лидер фракции РПА в парламенте Галуст Саакян, выступает против таких новаций, однако "молодая поросль" перемены поддерживает, не без оснований рассчитывая, что они могут способствовать обновлению политической и предпринимательской элиты республики. Это очень неоднозначный вопрос, который так или иначе предстоит решать президенту Сержу Саргсяну. Минимизировать связанные с такими шагами риски можно лишь в условиях ощутимой внутренней и внешней поддержки, иначе события могут начать развиваться по опасному для верховной власти сценарию.
Намерение вступить в ТС решает в этом смысле сразу несколько вопросов. Во-первых, обеспечивает твердую поддержку многочисленной прослойки избирателей в случае, если при переходе к парламентской форме правления будут проведены досрочные выборы Национального собрания. При этом определенная опасность, связанная с амбициями партии "Процветающая Армения", за которой, как утверждается, стоит второй президент Роберт Кочарян и которая в последние годы позиционировала себя не только в качестве "альтернативной", но едва ли не главной "пророссийской" силы, будет уменьшаться. Во-вторых, поддержка со стороны России гарантирует внешние аспекты упрочения власти Сержа Саргсяна - вероятно, уже в качестве премьер-министра. Отметим, что похожие планы президента соседней Грузии Михаила Саакашвили, связанные с надеждами на поддержку со стороны западных партнеров, не реализовались. При возникновении сложной внутриполитической обстановки в этой стране, да еще в условиях укрепления позиций России в Закавказье, Запад его попросту "слил". А внешняя поддержка Сержу Саргсяну, видимо, будет совсем не лишней.
До того, как в социально-экономической жизни Армении начнут ощущаться позитивные перемены, связанные со вступлением в ТС, пройдет достаточно времени. Процесс этот, как известно, затяжной, связанный с целым рядом объективных и бюрократических нюансов. Между тем, пока положение большинства граждан республики оставляет желать много лучшего. По данным местной статистической службы, за восемь месяцев текущего года рост цен превысил 16%. Особенно сильно при этом подорожали топливо, электроэнергия и продовольственные товары. Мизерные повышения зарплаты никак ситуацию не улучшают, а ожидать более существенного роста оплаты труда и создания новых рабочих мест, при самом благоприятном сценарии, можно не ранее 2-3 лет. А до этого опасность социального взрыва будет сохраняться. И пока она существует, роль поддержки со стороны Москвы переоценить невозможно - особенно с учетом вероятного формирования общего рынка труда.
Ануш Левонян, политический обозреватель, Ереван
ИА REGNUM