«В Азербайджане, в стране, где секуляризм и свобода нравов достигли масштабов древнеримского неприличия, бьют в набат и трезвонят об опасности исламского фундаментализма», пишет азербайджанский журналист Эйнулла Фатуллаев в статье, опубликованной порталом «Хаккин.аз».
Как сказано в статье, опасность «зеленого» нашествия больше будоражит кровь чиновников и духовной знати, чем умонастроения экспертного сообщества и сторонников евроинтеграции.
Автор напоминает, что примерно год назад в азербайджанской печати, в основном, проправительственного толка стала периодически появляться информация о гибнущих азербайджанцах в Сирии. «Первая весть об участии и гибели азербайджанцев, воюющих в лагере войск, пытающихся свергнуть диктатора Асада, сильно порадовала глаз азербайджанского правящего класса. Дескать, и мы вносим свою лепту в дело всемирной революции. Однако постепенно политический окрас разворачивающихся событий в последнем бастионе арабской весны стал меняться», - говорится в статье.
Асад, вопреки многим прогнозам устоял, Запад не интервенцию не пошел. Война в Сирии также стала носить другой характер. «Перерождение сирийской войны из движения за демократию в межрелигиозный конфликт привело к смене настроений в Азербайджане: восторг уступил место беспокойству, ибо пришло осознание того, что все больше и больше азербайджанцев, причем как суннитов (салафитов), так и шиитов, ввязываясь в религиозно-фанатическую войну, превращаются в профессиональных религиозных комбатантов. А вот завтра сотни религиозных фанатиков-бойцов после завершения „джихада” в Сирии вернутся в Азербайджан на голову властям», отмечает автор.
Как пишет Фатуллаев, после возвращения азербайджанских террористов властям придется решать качественно новую проблему – борьбу с синдромом «вооруженного салафита».
По мнению автора, в Азербайджане нет предпосылок и благодатной почвы для зарождения и становления ислама радикального толка. Он отмечает, что даже самые оптимистические прогнозы говорят о мизерной численности салафитской общины – их всего лишь 50 тысяч.И глубоко ошибается тот, кто представляет себе салафита в образе вооруженного до зубов террориста, мечтающего воплотить свое страстное желание – взорвать какой-нибудь дом или станцию метро. В Саудовской Аравии или в Катаре проживают миллионы беспечных салафитов, то есть, сторонников безмазхабного ислама - вероучения периода жизни пророка, однако лишь мизерная часть этих миллионов становится на путь джихада – вооруженного сопротивления.
То, что в Азербайджане десятки тысяч людей избрали безмазхабный ислам, – это заслуга маститых, образованных и умных проповедников этого течения, получивших блестящее образование в Медине. «Это вовсе не означает, что эти 50 тысяч горят желанием бросить свои семьи и родственников, и отправиться воевать во имя Аллаха. Пиар салафитов и их школа обучения оказались гораздо эффективней и интересней, нежели дилетантская и косная кузница кадров шейх-уль-ислама Аллахшукюра Пашазаде», - пишет Фатуллаев.
Автор считает, что сам А.Пашазаде мог воспользоваться естественным преимуществом шиизма и добиться верховенства, культивирования религиозного шиизма. «Но кто говорит, что шиизм менее опасен для азербайджанских властей, чем салафизм?! Ватикан шиизма находится в соседнем Иране, который не преминет воспользоваться усилением и активизацией религиозного шиизма для его активной трансформации в шиизм политического толка. За всеми попытками создания и активизации Исламской партии просматривался почерк иранских спецслужб», - сказано в статье.
Вот поэтому Аллахшукюр Пашазаде сделал все от него зависящее для ослабления роли религии (шиизма) в социальной и политической жизни Азербайджана. «Он нивелировал ислам до уровня поминальной молитвы и извратил сущность так называемого шиитского института духовенства. Шейх-уль-ислам привнес в азербайджанский шиизм и некий элемент христианства, фактически выступая наместником Господа в обществе азербайджанском! Люди идентифицируют шиизм с неблаговидным образом шейх-уль-ислама», - считает Э. Фатуллаев.
Власти Азербайджана, отмечает автор, обеспокоены тяготением людей, особенно большей части молодежи, к салафитскому исламу, который почему-то ассоциируется с Хизб-ут-Тахриром. Опасность, конечно же есть, ведь исламисты – не мусаватисты, для которых троллинг граничит с путчем. Но для этого и существуют спецслужбы или правоохранительные органы, чтобы предотвращать активизацию радикалов», - говорится в публикации.
Автор отмечает, что власти опасаются того, что ряды оппозиции, деградировавшей до «клубного», «салонного» политического позиционирования, займут безусые бородачи, которые в отличие от нынешних оппозиционеров не боятся тюрьмы и не склонны к соглашательству и компромиссам. «Но для завоевания умонастроений протестного электората одной политической воли и личностных способностей недостаточно. Вопрос в другом – захочет ли подавляющее большинство светских азербайджанцев жить в исламском государстве?», - пишет Фатуллаев, отметив, что такого желания нет.
По мнению автора, власти Азербайджана должны выработать новую методологию работы с религиозными общинами, а не изыскивать новые репрессивные формы подавления религиозных настроений. Репрессии же могут вызвать чувство сострадания, а затем и солидарности с обиженными властями «бородачами».
«Ведь как до сих пор была построена работа с религией? Власть опиралась лишь на репрессивный аппарат подавления инакомыслия ввиду отсутствия аппарата идеологического. Закрывали мечети, нетрадиционные исламские секты и течения, запрещали религиозную литературу, насильно сбривали бороды у праведных мусульман в полицейских участках. Разгоняли или ограничивали народные шествия в траурные дни шиитов – мусульман, ежегодно отмечающих поминальный день кровавой резни в Кербеле. Или шествия салафитов на праздник Рамазан. Все эти меры диссонировали с популяризацией культурного наследия ислама; ведь Баку неоднократно пытались навязать как столицу исламского мира?!», - отмечает Фатуллаев.
В статье сказано, что своими противоречащими друг другу шагами и заявлениями, власти Азербайджана вызывают обратный эффект – «охота на ведьм» популяризирует самих ведьм. Фатуллаев считает, что у Азербайджана в сфере религиозной политики нет концептуальной основы, ясного видения ситуации и исследований. «Эти выводы напрашиваются после многочисленных невнятных и бессистемных выступлений и странных выпадов ответственных чиновников. И пока до конца не ясно – как власти представляют себе будущее ислама в Азербайджане? Есть только инстинкт самосохранения власти, который мобилизует госорганизм на борьбу с опасностью», - резюмирует Э. Фатуллаев.
Источник: Panorama.am