Интервью газеты «Аравот» с председателем азербайджанского аналитического центра «ФАР», политологом, в прошлом Чрезвычайным и Полномочным послом Азербайджана в России Хикметом Гаджизаде.
— 26 июня президенты России, США и Франции — трех стран-сопредседателей Минской группы по урегулированию Нагорно-Карабахского конфликта — выступили с совместным заявлением, которое политические деятели и эксперты Армении и Азербайджана комментируют по-разному. Каково Ваше мнение об этом заявлении?
— На мой взгляд, самая интересная часть заявления трех президентов заключается в том, что его английский и русский тексты существенно отличаются друг от друга. Например, в вашингтонском варианте — английском — тексте, говорится, что армянские силы должны вернуть оккупированные территории — «the return of the occupied territories surrounding Nagorno-Karabakh», а в официальном русском варианте слово «оккупированный» отсутствует. В английском варианте заявления подчеркивается, что окончательный статус Карабаха будет определен в будущем путем имеющего обязательную правовую силу волеизъявления, а в русском варианте указано: «путем имеющего обязательную правовую силу волеизъявления населения Карабаха». Из этого, прежде всего, следует заключить, что западные участники процесса больше склонны защищать позицию Азербайджана, а Россия — позицию Армении.
— О чем говорит этот факт?
— Ни о чем, так сложилось исторически. Второй вывод состоит в том, что Запад и Россия пока не договорились по вопросу Карабаха. И это очень важные выводы. То есть Запад комментирует этот документ по-своему, Россия — по-своему. А это означает, что до тех пор, пока в переговорном процессе не будет подвижек, мир не может быть утвержден, а переговоры будут продолжаться до тех пор, пока Россия и Запад не придут к согласию вокруг таких глобальных проблем, как проблема Ирана, торговля вооружением, борьба с терроризмом и т.д. Вот тот главный вывод, который можно сделать в связи с заявлением президентов трех стран.
— Как Вы думаете, может ли российская поддержка Армении носить временный характер и быть обусловленной недовольством Москвы тем, что Азербайджан предоставил Белоруссии кредит на сумму в 200 млн долларов для погашения долга за российский газ?
— К тому, что Вы сказали, это не имеет никакого отношения. Газ и прочее — это все мелкие проблемы. Самое главное состоит в том, что Запад пытается поддержать позицию Азербайджана, а Россия продолжает защищать позицию Армении, поскольку между Западом и Россией существуют большие глобальные противоречия.
— Может ли это привести к усилению напряженности на линии соприкосновения сторон конфликта и к инцидентам, аналогичным тому, который был зафиксирован 18 июня?
— Не думаю, что этот инцидент может перерасти в широкомасштабную войну, я в это не верю.
— Почему Вы так думаете?
— Пока Россия будет защищать Армению, что для Азербайджана очевидно, Баку не пойдет на большую войну. Мы на это не решимся. Это так же очевидно, как и в случае с Грузией. То, что произошло в Грузии, поучительно. Грузия захотела силой решить свои вопросы с Южной Осетией, и в этот момент вмешалась Россия. Ожидается, что то же самое произойдет в вопросе Карабаха, если Азербайджан попытается решить вопрос силой.
— Вы думаете, что Россия и Азербайджан, который имеет энергетические ресурсы — запасы нефти и газа, не смогут найти общий язык?
— Этого не может быть. Вероятность этого ничтожна.
— Что может помешать двум странам достичь согласия?
— Для того, чтобы это произошло, Азербайджан должен думать об утрате своей независимости и перейти на сторону России, то есть, передать свои границы русским, отказаться от какого-либо сотрудничества с Западом в энергетических вопросах. Пока таких разговоров в Азербайджане нет.
— Означает ли это, что Азербайджан предпочтет смириться с той ситуацией, с тем статус-кво, который существует сегодня?
— Пока такой вопрос перед Азербайджаном не стоит, но если он будет поставлен — «полностью перейдите на нашу сторону, и тогда мы решим», то я не думаю, что Азербайджан согласится.
— В таком случае, какую перспективу, на Ваш взгляд, имеет процесс урегулирования проблемы НК?
— Думаю, инциденты на границе будут продолжаться, стороны попытаются держать друг друга в напряжении, а переговоры будут продолжаться ровно до тех пор, пока Россия и Запад не придут к согласию вокруг глобальных вопросов. Переговоры предназначены для того, чтобы показать собственным странам, международному сообществу, что люди работают, пытаются установить мир. Ничего не поделаешь.
— Инцидент, который произошел 18 июня, армянская и азербайджанская стороны преподносят с диаметрально противоположных позиций, обвиняя друг друга в провокации. Какой из сторон Вы склонны верить? Есть ли у Вас своя версия произошедшего?
— Я затрудняюсь конкретно что-то сказать. Могу лишь отметить, что подобные инциденты происходят постоянно, и их инициатором является то одна, то другая сторона.
— Тем не менее, у Вас есть свой рецепт урегулирования карабахской проблемы?
— Проблема Карабаха может решиться только в одном случае. У меня для этого есть даже своя формула, которую можно написать жирными буквами: Армения должна стать независимым государством, Азербайджан — демократическим. Армения должна стать по-настоящему независимой страной и не осуществлять стратегические программы России. А в Азербайджане должна утвердиться демократия.
— А общества наших стран? Могут ли они найти общий язык друг с другом?
— Да, вполне. Во всяком случае, я встречаюсь за рубежом с армянами, активистами, и нам удается нормально общаться, обсуждать вопросы, и ничего страшного пока не произошло.
