Решение комиссии Общественного совета Армении о нецелесообразности участия в предстоящей литургии в ахтамарском храме Сурб Хач вызвало ажиотажа больше, чем тема того заслуживала. Дело даже не в том, что члены этого органа, не уполномоченные выступать от имени политических и духовных лидеров нации, взяли на себя слишком много ответственности.
(Сам Общественный совет не поддержал инициативу одной из своих многочисленных комиссий.) Вопрос скорее в допустимости самой дискуссии `на эту тему. Сам факт того, что в Армении и диаспоре люди спорят об отношении к инициативе турок, пригласивших армян на церемонию, уже в пользу турецкой пропаганды. А между тем не суть важно, кто поедет в Ван от Еревана — министр, заместитель министра или начальник управления. Было бы куда полезнее, если б мы смогли сосредоточить усилия на том, чтобы использовать инсценированный Анкарой спектакль с целью доказать всему миру свое право распоряжаться собственным культурным и историческим достоянием.
Совершенно очевидно, что Анкара стремится использовать предстоящее мероприятие в пропагандистских целях. Но ведь такая же возможность есть и у нас. Разве это не блестящий шанс продемонстрировать нашу способность быть последовательными в отстаивании своих исторических прав? Разве монастырь Сурб Хач сам по себе не является памятником, напоминающим о геноциде? Ведь каждый иностранец, посещая храм, не может не задуматься — “А куда же делась нация, которой этот собор в течение столетий служил духовным центром?” Участие в церемонии — это не только проявление признательности за восстановление храма, но и возможность напомнить о судьбе почти двух тысяч армянских церквей, уничтоженных в Турции за последние 90 лет. Приветствуя готовность нынешних турецких правителей пресечь окончательное уничтожение древнего монастыря, мы одновременно обязаны задать им вполне уместный вопрос — а куда делись тысячи армянских архитектурных памятников, которые уже невозможно восстановить? Почему уцелели лишь единицы? Что это, если не следствие геноцида и целенаправленной политики уничтожения духовного наследия армянского народа?
Верная тактика поведения в ходе предстоящих мероприятий должна быть нацелена на то, чтоб привлечь внимание мирового сообщества к проблеме восстановления исторического права армянского народа распоряжаться памятниками собственной истории и культуры. Предоставленная турецкими правителями возможность раз в год проводить в Сурб Хаче литургию — это не подарок, за который мы должны быть кому-то благодарны. Святой Эчмиадзинский престол, делегируя в Ван своих посланцев, должен отчетливо заявить о необходимости восстановления храма в качестве действующей церкви и передачи его Константинопольской патриархии, коей он принадлежал в течение столетий, прошедших после ликвидации самостоятельного Ахтамарского католикосата. Анкару нетрудно поставить в неловкое положение, указав на свое право владеть тем, что у нас было незаконно отторгнуто. Ведь одно дело спорить о том, были ли события 1915 года геноцидом, и совсем другое — ставить под сомнение право армян на восстановление своих имущественных прав. Если Эрдоган не верит в то, что его предки совершили преступление, то не верить в принадлежность Ахтамарского храма армянам он не может. Так, значит, начать нужно с того, что не вызывает разногласий. Участвуя в литургии, проводимой священнослужителями Константинопольского патриархата, посланцы Святого Эчмиадзинского престола, миряне из Армении и диаспоры должны продемонстрировать не готовность довольствоваться подачками, а решимость распоряжаться наследием своих предков.
У нас принято переоценивать способности турецкой дипломатии. Это следствие недостатка общения с людьми, отвечающими в Турции за эффективность этой самой дипломатии. А между тем дальновидность идеологов, отвечающих в команде Эрдогана за армянское направление государственной политики, вполне можно поставить под сомнение. Ведь, санкционировав восстановление креста на ахтамарском храме, турецкие правители откупорили бутылку с джинном, которого загнать обратно будет практически невозможно. Ответы турецких дипломатов на вопрос о дальнейшей судьбе монастыря Сурб Хач выглядят просто смехотворными, и к этому непременно следует привлечь внимание мировой общественности.
Примерно месяц назад благодаря программе Фонда партнерства “Евразия” я в составе группы ереванских экспертов имел возможность пообщаться в Анкаре с бывшим министром иностранных дел депутатом меджлиса Яшаром Якышем, который и по сей день остается одним из самых влиятельных людей правящей партии. Тема “Сурб Хача” обезоружила его полностью. Аргументов, способных мотивировать нежелание Анкары возвращать монастырь Контантинопольскому патриархату, он не нашел. Человек, в течение нескольких лет делавший внешнюю политику правительства Эрдогана, не придумал ничего более умного, чем проведение параллелей с Арменией. “Мы готовы в этом вопросе вести работу параллельно — сколько турецких мечетей будет открыто в Армении, столько же армянских церквей мы откроем в Турции”, — заявил бывший министр. Этот “блестящий” ответ может служить лучшим подтверждением того, что турецкая дипломатия порой настолько неграмотна, что сама способна завести себя в тупик. Экс-министр, по-видимому, сам не заметил, что забил гол в собственные ворота, вооружив нас блестящим аргументом, разоблачающим абсурдность занятой Анкарой позиции. Господин Якыш, наверное, не знает о том, что не Армения включает в себя территорию исторической Турции, а наоборот, и посему на нашей территории нет и не может быть турецких исторических памятников. В то же время господину Якышу как представителю исламистской партии не делает чести то, что он делит мечети на турецкие и нетурецкие, ислам этого не приемлет. При этом господин Якыш как политик, интересующийся Арменией, мог бы знать о том, что знаменитая Голубая мечеть, построенная в Ереване в середине XYIII века, 15 лет назад была восстановлена и любой мусульманин может справить там религиозный обряд.
Общение с бывшим турецким министром и его коллегами по депутатскому корпусу убедило в том, что проблема возвращения исторического достояния армянского народа — это слабое звено турецкой дипломатии. Было бы совершенно неприемлемо не воспользоваться этим. Бойкотируя предстоящую церемонию в храме Сурб Хач, мы лишим себя возможности привлечь внимание мирового сообщества к одной из самых неприятных для Анкары тем — теме восстановления имущественных прав армян на территории Западной Армении.
Артем Ерканян, "Новое время"