Известный советский и российский тележурналист, телеведущий Владимир Познер, принявший участие в состоявшихся в апреле в Ереване мемориальных мероприятиях, приуроченных к 100-й годовщине Геноцида армян в Османской империи, дал интервью Первому каналу Армении. Текст интервью приводит официальный сайт телеведущего Познер Online:
– Здравствуйте Владимир Владимирович. Спасибо, что согласились на встречу.
– Спасибо за приглашение.
– Совсем недавно в вашей программе был гостем Шарль Азнавур.
– Да.
– Достаточно внушительная часть программы была посвящена геноциду, и это понятно. После этого вы прилетаете в Ереван. Для вас 24 апреля, эта дата – нечто личное?
– Нет. Не личное в том смысле, что во мне, к сожалению, нет армянской крови и я не отношусь к такому древнему народу, но так случилось, что случайно я приехал в Армению, много лет тому назад, это было в 75-м году, в апреле. И я попал на шестидесятую годовщину этого события. Я просто помню, что происходило в городе, я был в Эчмиадзине, Вазген выступал, и потом вот это факельное шествие, все это произвело на меня сильное впечатление, потому что, признаться, я ничего об этом геноциде не знал. Как и многие. И вплоть до сегодняшнего дня, увы. Ну вот, узнав, я стал как-то об этом читать, интересоваться, и это стало личным именно в этом плане. И когда меня пригласили приехать на столетие, я, конечно, с большим... не то чтобы удовольствием, а с определенным волнением согласился на это. И то, что я смогу в рамках программы „Познер” взять интервью у президента Армении – это для меня важно по нескольким причинам, но одна из них – это та, что довольно все-таки много людей таким образом, и не только в России, узнают о том, что было в 1915 году.
– Что вы вчера почувствовали, находясь у мемориала Памяти?
– Я вообще не мастер описывать свое внутреннее состояние, и потом это такая личная вещь. Вы знаете, то, что я чувствую, когда сталкиваюсь вот с таким явлением, как геноцид или Холокост, – это сочетание гнева, который просто не дает мне возможности даже иногда говорить, как я хочу, и бессилия, потому что ничего не сделаешь, это уже произошло. И уже этих людей несчастных не спасешь. И вот это вместе взятое ощущение гнева и бессилия у меня иногда вызывает слезы, иногда желание разбить телевизор, если это показывают, хотя это необходимо показывать. Так что это довольно сложное чувство, скажем так.
Panorama.am