Ни при каких обстоятельствах я не изменю своего мнения о том, что система правосудия РА, со всеми ее звеньями, по сути является криминогенной системой, где в основе деятельности и решений каждого следователя, прокурора, судьи — за ничтожными исключениями — присутствует состав преступления. Именно эта система растрачивает государственность и является главным препятствием на пути усилий по формированию человекоцентричной государственной системы. Именно сталкиваясь с представителями этой системы, я пришел к убеждению, что получение юридического образования, знание законов и занятие должностей в этой системе служат исключительно либо осуществлению преступной деятельности, либо сокрытию и покровительству преступлениям.
Вот история о нравах и системе ценностей, царящих в этой системе, которую я с величайшим удовольствием посвящаю всем представителям этой самой системы.
Ровно 20 лет назад, осенью 2006 года, через месяц после моего назначения директором Музея-института Геноцида армян, я выявил, что главный бухгалтер Григор Х., работавший при прежнем директоре МИГА Лаврентии Барсегяне, вступив в преступный сговор с одним из сотрудников МИГА, составлял фиктивные списки премий и, подделывая подписи сотрудников, присвоил около 4 млн драмов. Я очень быстро раскрыл эпизоды совершенного преступления и подготовил заявление о возбуждении уголовного дела. В тот период Григор Х. со слезной просьбой умолял меня не возбуждать уголовное дело, обещая, что спустя некоторое время возместит деньги. Все еще находясь под впечатлением от будапештских судебных процессов, я был просто потрясен, столкнувшись с подобным циничным и аморальным поступком в Музее Геноцида армян, поэтому отклонил это предложение и подал заявление о возбуждении уголовного дела.
Уголовное дело было возбуждено, Григор Х. был осужден, был также составлен график возмещения ущерба, причиненного учреждению. Сначала Григор Х. внес 1 млн драмов, а через неделю с наглым видом явился в мой кабинет и заявил следующее: «Я дал следователям, прокурору и судье кучу денег, чтобы статью изменили, больше не могу делать выплаты». Я сказал, что это не моя проблема и что он обязан возместить ущерб до последнего драма. Через месяц Григор Х., обязанный судебным решением возместить причиненный ущерб, оказался в Соединенных Штатах, так и не компенсировав нанесенный ущерб.
Что получилось? Получилось, что в результате моего желания добиться правосудия и наказать преступника, деньги, похищенные из Музея Геноцида армян, были распределены между следователями, прокурорами и судьями. А теперь представьте: если они у вора воруют деньги, украденные из Музея Геноцида армян, то на что они способны в других случаях…
Если хотите, чтобы я назвал вашу цену, то и это могу сказать: вы стоите всего 12 евро. Именно столько стоил топор Сафарова, которым был обезглавлен Гурген Маргарян…
Теперь же уголовное дело, возбужденное в 2021 году, уже четыре года не переводят в стадию судебного разбирательства, старший следователь, ведущий дело, заявляет, что потерял мои показания, и дают возможность лицам, упоминаемым в моих показаниях в связи с различными преступлениями, — Сурену Манукяну, Арутюну Марутяну, Арарату Мирзояну, Владимиру Варданяну, Араику Арутюняну и Жанне Андреасян — подавать против меня гражданские иски, рассчитывая в общей сложности примерно на 7 млн драмов компенсации. Они ведь уверены, что ни один униженный судья не вынесет решение против них — из страха лишиться должности и раскрыть следы своей коррупции.
Воистину «славная» система правосудия, не так ли?
Сколько бы вы ни создавали Следственных комитетов, ВСС, служб принудительного исполнения и академий правосудия, сколько бы ни привозили из-за рубежа грантов на борьбу с коррупцией, все равно вы — те же образованные преступники, замаскированные под белыми мундирами и черными мантиями. Вы — люди, живущие бессмысленной жизнью, получившие бессмысленное образование, обслуживающие Никола, униженные и приниженные Николом, но получающие от него зарплату. ВСЕГО ЛИШЬ.
В Службе принудительного исполнения, похоже, долго думают над размораживанием моих банковских счетов. Насколько мне известно, у Службы принудительного исполнения внутри здания есть музей, освещающий ее деятельность. Я, конечно, с величайшим ужасом представляю, по каким принципам и на основе какой концепции организован этот музей, но уверен, что постоянная экспозиция музея СПИ имеет большие шансы пополниться постыдными и позорными экспонатами — попутно с обнародованием сведений, содержащих государственную тайну, за последствия чего я абсолютно не буду считать себя ответственным.
И вообще, представителям силовой системы умершей государственности я советую не бороться против меня такими шестерками, беспринципными ничтожествами, как сурены манукяны и арутюны марутяны.
Выбирайте другой калибр, господа. Не к лицу это, да и некрасиво…
Айк Демоян,
бывший директор Музея-Института Геноцида армян, доктор исторических наук
Переведено с армянского с поста в соцсети
.
Примечание. Лица, упоминаемые в тексте:
Сурен Манукян – бывший заместитель директора МИГА
Арутюн Марутян – бывший директор МИГА
Арарат Мирзоян – министр иностранных дел Армении
Владимир Варданян – депутат от правящей партии «Гражданский договор»
Араик Арутюнян - руководитель Аппарата премьер-министра Армении
Жанна Андреасян - Министр образования, науки, культуры и спорта