На днях митингующие
на Театральной площади молодые люди выступили с призывом к "не скомпрометировавшим
себя политическим силам и общественным деятелям" присоединиться к протестантам.
То, что коротающие дни и ночи на Театральной жаждут политизации протестной волны,
которую, к слову, нагнали не они, и процессу в определенной степени дан старт,
очевидно. Вопрос в том, найдутся ли сегодня в Армении среди системной оппозиции
таковые - не скомпрометировавшие себя политические силы?..
ТУТ ВЕДЬ НАСТОЛЬКО ВСЕ ЗАПУЩЕНО, ЧТО БУКВАЛЬНО ПАРУ НЕДЕЛЬ НАЗАД, говоря в НС о манифестации на проспекте Баграмяна, представленные в парламенте оппозиционные партии - а их аж полдесятка - самокритично сокрушались, что сегодня налицо дефицит доверия, налицо недоверие в отношениях между властью и оппозицией, властью и народом и... оппозицией и народом. Заметьте, оппозиция признает, что народ ей не доверяет!
Параллельно те же невластные политические силы уже с позиции дня нынешнего в своих рассуждениях о том, почему протестная волна пошла на убыль, указывают на ошибки координирующих движение молодых людей. Они прямо или косвенно обвиняют последних в расколе, в отсутствии единой повестки, в безыдейности и в конечном счете в неполитизации протестного движения. Так, зампред партии "Наследие" Армен Мартиросян считает, что поддержавшие движение люди нуждались в политических лозунгах и сокращение количества участников митингов обусловлено именно категорическим отказом координаторов инициативы "Нет грабежу!" политизировать протест. Руководитель ППА Наира Зограбян уверена, что все социальные проблемы имеют одно решение - политическое, поэтому избегать политизации было нельзя: выходит, молодежь перекрыла проспект чисто механически, не вкладывая в свои действия смысл. По мнению Мартиросяна и Зограбян, молодежь не должна была зацикливаться лишь на требовании узкой социальной направленности. То же твердили посещавшие в те дни проспект Баграмяна аодовец Арарат Зурабян, "свободный демократ" Александр Арзуманян, "наследница" Заруи Постанджян, Ашот Блеян и др.
Все эти бывшие и нынешние политики уверены: после предложения президента Сержа Саргсяна провести аудит народ не разошелся бы по домам и пошел дальше, если бы в повестке появились политические лозунги. Эти категоричные заявления муссируются на все лады, упуская существенный нюанс - острый дефицит доверия в течение всего баграмяновского и постбаграмяновского процесса очевиден не только в отношениях народа и оппозиции, но и внутри самой протестной публики.
В ЭТОЙ СВЯЗИ НАПОМНИМ ПРО ГРАЖДАНСКИЙ ПРОТЕСТ ПОЛУТОРАГОДИЧНОЙ ДАВНОСТИ, связанный с внедрением обязательной накопительной пенсионной системы. И тогда гражданские активисты движения "Я против!" рьяно открещивались от политизации вопроса, однако избежать ее им не удалось. Вопрос обязательных пенсионных накоплений стал одним из о-о-очень немногих, сумевших сплотить вокруг себя не только разрозненные очаги общественной активности, но и противоборствующие друг с другом невластные парламентские силы. Однако столь долгожданная в то время консолидация невластных сил все больше рассматривалась со знаком минус.
Обычная гражданская, изначально чурающаяся политизации и подчеркивающая свою социально-правовую направленность инициатива без труда обросла политикой. Резон был один: тема обязаловки острая, социально значимая, причем в основном для молодежи, а значит, даст возможность продолжительное время порисоваться. Решение же самого вопроса по сути их волновало, скажем так, не в первую очередь. Иначе говоря, для политучастников этой бузы процесс был важнее результата. И сегодня это можно утверждать императивно. С тех пор многие оппозиционные и бывшие альтернативные силы показали себя во всей красе. А потому не доверять нынешней оппозиции у собравшихся на Баграмяна людей, согласитесь, были все основания.
Основания эти время от времени подкреплялись политпрогулками к молодежи на Баграмяна давно исчерпавших все свои идеологические и интеллектуальные ресурсы персон, начиная от представителей ОЕ и "Учредительного парламента", завершая Паруйром Айрикяном и Андреасом Гукасяном, явно желающим поймать протестную волну и покрасоваться на ее гребне. Ту самую протестную волну, которую они самостоятельно нагнать не в состоянии. А потому не прочь к ней примазаться.
В конечном итоге это удалось сделать пресс-секретарю "Наследия" Давиду Санасаряну, срочно прибывшему из за рубежа и захватившему бразды координатора в свои руки. И хотя сей молодой человек утверждает, что участвует в акции протеста исключительно как гражданин, однако, отмечая тактические ошибки координаторов инициативы "Нет грабежу!", все больше продвигает политические требования своей партии. Да и действует по шаблону периодически объявляющего голодовки босса Раффи Ованнисяна.
Фишка нынешней (очередной) голодовки Санасаряна - ее вектор: оказывается, она (голодовка) направлена не против властей. Она адресована гражданам Армении и является своеобразным призывом к гражданам страны прийти на площадь, придав вес и содержание энерготребованиям - лишь в этом случае Санасарян прекратит голодовку. Согласитесь, вряд ли этим нахальным шантажом можно вывести народ на улицу.
КСТАТИ, ОЧЕРЕДНУЮ ПОПЫТКУ ПРИМАЗАТЬСЯ К ПРОТЕСТНОМУ ДВИЖЕНИЮ ВНОВЬ предпринял "Учредительный парламент". А он советует протестующей против повышения тарифов на электроэнергию молодежи сформировать новую политическую платформу. В УП считают, что параллельно движению против тарифов молодежь может начать процесс формирования этой платформы: "В этой структуре должны состоять молодые люди, которые могут взять на себя политическую ответственность, также не скомпрометированные политические деятели, представители интеллигенции, которые должны сформировать единый фронт, направленный на разрешение политических проблем".
События последних двух недель сегодня анализируются, комментируются и оцениваются по-разному. Но есть аспект, на который мало кто обращает внимание. Эти события продемонстрировали любопытную трансформацию в армянском общественном сознании. Если раньше мы периодически сталкивались с признаками недоверия общества к власти, то теперь можно констатировать, что атмосфера недоверия стала тотальной. Общество не доверяет ни власти, ни оппозиции, представители оппозиции не доверяют друг другу, гражданские инициативы особой солидарностью не отличаются. Словом, никто никому не доверяет.
Аревик Чилингарян, "Голос Армении"