«Я прибыл (в Карабах – ред.) в 1992 году, мне было примерно 30 лет, и я был готов ответить на вопрос, который у меня возникал на протяжении многих лет: мог ли я не потерять голову буквально и в переносном смысле, снимая перестрелку между воюющими солдатами?
Я продвигался к армянским солдатам, которые находились в окопах на склоне горы, когда я получил мой ответ. Гора вдруг сотряслась от звука выстрелов и взрыва миномета. Темные чернильные тучи ползли своим путем к небу. Неглубокое отверстие (идеальная, уже готовая могила) была моим единственным прикрытием от входящих пуль и кассетных бомб. Помню, лежа там я подумал, что это место было слишком живописным, чтобы быть ареной войны, и, конечно же, это было красивое место, чтобы умереть.
Тогда я посмотрел наверх и увидел армянского солдата, который знаками показывал мне бежать к нему. Его траншея была всего в 80 метрах от меня, но в краткосрочной перспективе это казалось вечностью. Я получил осколки в нижней части спины и головы, но я был жив. Мое сердце колотилось, адреналин поднимался по телу, и я почувствовал именно этот вид эйфории возрождения, которая приходит, когда удалось избежать смерти»,- пишет фотограф.
Новости Армении - NEWS.am